Боец невидимого фронта – 7

Аквалангисты опускали «объект» на дно, – стараясь придать ему естественную для утопленника позу. И, привсплыв, чтобы не обозначить мутью, поднятой со дна, свой маршрут, быстро отступали к оставленному скутеру.

Через пятнадцать минут они вплывали в десантный люк лежащей на грунте атомной субмарины. Капитан не интересовался, зачем его пассажиры просили «притормозить» на траверзе Канар и куда они отлучались. Разведгруппам подобные вопросы задавать не принято. И никакие не принято. Равно как не принято заносить их фамилии в судовые документы…

Через неделю, уже в Североморске, десантная группа сходила на пирс.

И почти одновременно с ней, в Санкт‑Петербурге, Хабаровске, Новороссийске и ближнем Подмосковье молчаливые молодые люди в камуфляже забрасывали большие спортивные сумки в вырулившие на взлетно‑посадочные полосы транспортники. И их тоже никто ни о чем не спрашивал, и по полетным документам они никак не проходили…

Их не было.

Но они были…

 

Глава 41

 

Резидент поставил точку. Последнюю точку в последней строке последнего абзаца заключительной страницы аналитического отчета, составленного по итогам проведенного им расследования.

Здесь было все – застреленные и взорванные в своих офисах и машинах директора предприятий и бизнесмены, подобный во многих случаях почерк преступлений, следы крюков десантных «кошек» и струбцин, оставленные на деревьях, откуда за жертвами велось наблюдение, отпечатки подошв «диверсионных» ботинок «норвежского» исполнения, обрывок маскировочной сетки, выпущенной в семьдесят восьмом году по заказу ГРУ для нужд диверсионно‑разведывательных частей, остатки целлофана и крошки спецназовского сухпая… Был анализ характера производства предприятий, руководимых застреленными, взорванными и зарезанными директорами. Был вывод…

Вывод был однозначный – все перечисленные убийства были совершены бойцами частей специального назначения. Но дело было не в убийствах – дело было в том, что заказчик у всех этих преступлений тоже был один и тот же. И этим заказчиком, по всей видимости, выступала армия. Потому что так получается, что ей более других была выгодна смерть потерпевших.

Армия подминала многочисленные АО, ЗАО и ЧП, которые снабжали оборонку ресурсами, необходимыми для производств техники, боеприпасов, горючего и прочего так называемого маттехснабжения. Почему именно армия? Например, потому, что от рук профессиональных армейских убийц не пострадал ни один директор автоцентра, супермаркета или ликеро‑водочного завода, которые тоже могут приносить неплохую прибыль, но практически все руководители предприятий, сотрудничающих с оборонкой.

Только они!..

Что не может быть просто случайностью.

Равно как нельзя признать случайностью то обстоятельство, что после безвременной кончины прежних хозяев на их место садились армейские кадры – те же самые, хоть и уволенные в запас офицеры частей специального назначения.

Отсюда можно сделать вывод, что кто‑то руками бойцов спецназа пытается подчинить себе целую отрасль российской экономики. И вряд ли кто‑нибудь случайный, кто‑нибудь из гражданских. С гражданскими спецназ сотрудничать бы не стал. Вернее, отдельные спецназовцы в единичных случаях – может быть, но именно отдельные и очень редко, а здесь…

Здесь наблюдались совсем иные масштабы! Выполнение «работ» обеспечивали целые подразделения, которые отирались подле «объектов» неделями! Иногда отрабатывалось до нескольких адресов одновременно. Например, потерпевших в Кемерове, Новокузнецке и Москве отправили на тот свет через день, то есть практически одновременно.

Столько личного состава на такой промежуток времени без ведома командования отряжаться на операции не может! Слишком это заметно. А раз так…

Раз так, то можно предположить, что все эти операции прикрывало командование среднего, а не исключено, что и высшего звена. Или не прикрывало… А организовывало. И тогда становится понятен интерес преступников к оборонке.

Отчет Резидент заключал прогнозом. Очень серьезным прогнозом. Если считать, что группа офицеров Вооруженных Сил подгребает под себя оборонную промышленность, используя для этого армейский спецназ, то можно сделать вывод… Можно сделать вывод, что они добьются того, чего желают добиться. В стране не найдется силы, способной противостоять хорошо обученным, хорошо организованным, хорошо вооруженным воинским формированиям. Армейский рэкет способен задавить всех – и правых и виноватых. Всех, кто встанет на их пути.

Армейский рэкет – это такая сила, какой страна еще не знала. Всем силам – сила! Которая способна серьезно повлиять на политический расклад в государстве.

И это был не единственный, но главный вывод. Самый главный.

Стране угрожало наступление армейской мафии!..

На чем Резидент поставил точку.

И после чего зашифровал текст, растянув и растворив его в сотнях тысячах байт случайного набора букв и цифр.

Раздробил письмо на три десятка самостоятельных частей. Сжал каждый особым, разработанным Конторой архиватором, который при неправильной распаковке мгновенно и невосстановимо уничтожал всю информацию.

Письма отправил с двух десятков интернетовских ящиков, на два десятка таких же разбросанных по сети адресов. Теперь кто‑то, неизвестно где находящийся, соберет почту из ящиков, разархивирует, расшифрует и передаст начальству. Которое он, Резидент, никогда в глаза не видел и где находятся их кабинеты и есть ли таковые, знать не знает.