Боец невидимого фронта – 7

И тогда у управляющего одного из местных банков пропал единственный сын. Банкир обратился в милицию. Но забрал заявление, когда к нему пришла бандероль с отрезанным ухом ребенка. И отдал деньги.

На этот раз он деньги не потратил. На этот раз он вложил деньги в дело, взяв в аренду десять киосков на привокзальной площади. В первый же день к продавцам пришли за данью.

– Ничего не давать! – приказал он.

Продавцов избили. Но продавцов ему было не жаль, они были расходным материалом, таким же, как картонные коробки или ящики для бутылок. Он нанял новых.

Державшая вокзал «крыша» забила стрелку.

– Ты должен платить, это наша территория.

– Я не буду платить.

– Ты что, такой борзый?

– Борзый.

– Ну смотри…

Он не стал ждать, когда с ним разберутся, он разобрался первым. Взял и спалил киоски на площади. Спалил все, в том числе свои.

– Если меня здесь не будет, здесь никого не будет, – сказал он.

Эффектный жест оценили. И на некоторое время оставили его в покое.

Его – оставили. Он – не оставил.

Ему мало было десяти киосков, ему нужны были все киоски.

Из городского пруда выловили два обезображенных до неузнаваемости трупа. Два трупа бывших владельцев привокзальной площади.

Все догадывались, чьих рук это дело. Но в чужой бизнес не совались. Каждый крутится как может…

Он мог так.

И очень быстро убедился, что тому, кто способен на все, – позволено все. Все, что он захочет.

Однажды он захотел молодую, смазливую девицу, которую увидел из машины.

– Эй, – крикнул он. – Иди сюда. Она фыркнула и отвернулась.

Он вышел из машины и, схватив ее за руку, пригласил в ресторан.

– Не ломайся. Ты мне понравилась.

Она ударила его по лицу и вырвалась.

Он не прощал оскорблений. Никому.

Он нашел ее вечером и силой затолкал в машину. Что видели несколько свидетелей. Он вывез ее за город, где изнасиловал, а потом убил. Наверное, он не стал бы ее убивать, но она укусила его за нос.

Девушка оказалась несовершеннолетней. В деле была ее фотография. До. И после. Фотография после была ужасна. Похоже, объект был еще и садистом.

Милиция начала расследование. Но свидетели один за другим стали менять показания. Оказывается, они ничего не видели, ничего не слышали и вообще в тот злополучный день даже из дома не выходили.

Дело рассыпалось.

Нашлись в деле и другие художества. Типичный джентльменский набор. Наезды автомобилем на пешеходов в нетрезвом виде и с еще более тяжкими последствиями наезды на конкурентов. Приобретение, ношение и использование в хулиганских целях огнестрельного оружия. Растление малолетних. Торговля наркотиками…

Но вряд ли бы Контору заинтересовала чистая уголовщина. Контору заинтересовали контакты объекта с одной иностранной фирмой, учрежденной западными спецслужбами. Фирма желала создать ряд совместных предприятий с местной оборонкой. Посредником сделки должен был выступить объект.

Вернее, не должен был.

Что было справедливо с точки зрения защиты обороноспособности государства. И было просто справедливо.

Просто по‑человечески.

– Мне требуется дополнительный материал.

– Ты принял решение?

– Да. Я берусь за это дело.

– Не передумаешь?

Что он, мальчик, чтобы передумывать?

– Нет.

– Тогда держи.

Куратор протянул недостающие страницы дела. Поверх которых лежала самая первая страница…

На первой странице была указана фамилия, имя, отчество и место проживания объекта. И была фотография объекта. Объекта, который не был объектом, а был Мишкой Лопухиным, повзрослевшим, погрузневшим, но все равно Мишкой. Мишкой! Которого он знал десять лет, знал как облупленного, с которым сбегал с уроков и учился курить в школьном туалете.

– Это же Мишка! – вырвалось у него.

– Это что‑то меняет?

– Да… То есть нет…

Это не могло ничего изменить. Потому что карты были открыты. И он узнал, что было у них в прикупе. Был Мишка!

Если бы он знал, если бы он догадался заранее… А впрочем… Если бы он догадался заранее и отказался от этого дела, ему бы дали новое. И вряд ли другое. Почти наверняка дали бы такое же. С хорошо известными ему персонажами из той, прошлой жизни. С еще более хорошо известными… И лучше не догадываться, кто бы это мог быть. Лучше этого не знать.

– У меня просьба. То есть я хотел сказать – предложение. Я бы хотел проверить информацию, данную в деле. Это возможно?

– Да. Это предусмотрено заданием. Ну хоть это предусмотрено!..

Две недели он следил за объектом. И все эти две недели следили за ним, чтобы проверить, как он следит за объектом.

Они ходили друг за другом: он – за Мишкой, они – за ним. Он знал, что они фиксируют каждый его шаг. И что каждый этот шаг будет доложен начальству. И будет проанализирован.