Боец невидимого фронта – 7

Преемник ждал, сохраняя на лице подобающее моменту почтительно‑отстраненное выражение.

– Хочу дать тебе один телефончик, – «пенсионер» вытащил, открыл личную записную книжку. – Вот этот, – показал на отчеркнутый номер. – Если будут проблемы, позвони.

Какие могут быть проблемы у человека, у которого в распоряжении целое государство?

– У меня – проблемы? Какие могут быть проблемы?..

– Разные. Которые нельзя решить в рабочем порядке. Позвонишь, к тебе придет человек, ты ему все объяснишь. Только сам звони, никого другого в это дело не путай.

– Что это?

– Еще одна подчиненная тебе служба. Подчиненная только тебе.

– У нас нет такой службы!

– Мы многое думаем, чего у нас нет, пока, понимаешь, не попадем в этот кабинет.

Разговор был странен. Был о том, чего не могло быть. Потому что не могло быть в принципе.

– Теперь запоминай цифры: два, семь, ноль, девять, снова девять, три, шесть, два раза по единице, пять. И семь, семь, четыре, три в обратную сторону. Это код моего… вернее, понимаешь, теперь уже твоего личного сейфа. Потом сунешь в дырку вот это, – протянул пластиковый, размером с банковскую карту прямоугольник.

– Что там?

– Увидишь…

В сейфе лежала папка для бумаг. С бумагами. Написанными от руки. Что было необычно. Что было в высшей степени необычно! Писать от руки, писать самому (!), имея штат секретарей и без счету принтеров?..

Что за блажь?..

Или… Или просто конспирация? Потому что когда хочешь гарантированно сохранить информацию, ее приходится писать в одном экземпляре лично самому.

Финансовые отчеты. Цифры не самые большие, сопоставимые с бюджетом какой‑нибудь заштатной областной милиции.

Что там еще?

Правила, регламентирующие порядок и форму контактов. Фамилии посредников, допущенных к тайне, через которых можно осуществлять передачу информации.

И все! Никаких адресов, фамилий, списков личного состава, отчетов о проделанной работе. Вообще ничего!

Что же это за служба такая? Безадресная?

А впрочем… Может, именно такая в век всеобщей продажности и нужна?

Или все это только игра? Способ безотчетно умыкнуть казенные деньги? Может – так.

А может… Ладно, потом разберемся. Со всем разберемся. И с этим тоже. Время еще есть…

Глава 2

Великое государство лежало распластанное на шестой части суши. Вернее сказать, некогда великое. А теперь просто распластанное.

Сто пятьдесят миллионов человек, составлявшие население этой страны, жили обычной, повседневной жизнью – спали, ели, пили, пили водку, ссорились, влюблялись, искали правду, просаживали миллионы, считали копейки, сводили счеты с соседями и с жизнью…

Их не было видно, потому что с высоты десять тысяч метров не видно ничего. Видно только бездонную темноту. Непроницаемую, как будущее.

– За бортом самолета шестьдесят пять градусов ниже нуля, – сообщила бортпроводница.

– Тогда еще по одной, а то замерзнем, – хохотнули три веселых парня в девятом ряду, разливая по пластмассовым стаканчикам водку.

– Слышь, дядя, ты будешь?

«Дядя» сидел прижатый веселой компанией к иллюминатору. На коленях у него лежал большой пластмассовый «дипломат».

– Ну, будешь или нет?

– Не хочу.

– Ну, не хочешь – как хочешь.

Парни опрокинули стаканчики, заели аэрофлотовскими конфетами. Им стало тепло и уютно. Несмотря на шестьдесят градусов за бортом.

– Может, в картишки?

– Точно!

Снова повернулись к соседу.

– Слушай, дядя, сделай одолжение, пересядь на ту сторону, а то мы в картишки решили переброситься, а у нас приятель через дорогу. Пересядь, а…

Сосед молча покачал головой.

– Ну что тебе стоит.

– Нет.

Парни переглянулись. Вот зараза попалась! Играть через проход было неудобно. Разве только бросить на подлокотник какой‑нибудь чемодан.

– Ну и черт с тобой, сиди! Только тогда портфель свой дай. Мы на нем играть будем.

Сосед молчал, отвернувшись к иллюминатору.

– Дай! Тебе он без надобности, а у нас игра! Сосед придвинул «дипломат» ближе к животу.

– Ну дай, не жмоться! Ну дай!

– Нет! Пусть лежит здесь, – как‑то очень напряженно сказал сосед.

– Тогда убери его, а то расставил! На два кресла!

Разозленный парень толкнул локтем выступающий угол «дипломата». Тот дернулся в сторону и одновременно с ним дернулась, сдвинулась правая рука неразговорчивого пассажира. На мгновенье взблеснул застегнутый на запястье браслет и отходящая от него тонкая стальная цепочка.

И тот мужик та‑ак взглянул! Та‑ак… Парни мгновенно осеклись и как‑то поскучнели.

– Ну вы чего там? Мы будем играть? – поторопил их приятель, тот, что сидел через проход.

Они замотали головами и стали строить многозначительные рожи, скашивая глаза на соседа и на «дипломат».

– Что, не дает портфель? – громко спросил тот.

Парни постучали кулаками по лбам. Ну не дурак, нет, орать во всю глотку?

Крайний, прикрыв руки телом, обжал запястье пальцами, «застегнул» их и протянул цепочку к коленям.

– Пристегнут, что ли? – тихо удивился их приятель.