Боец невидимого фронта – 7

– А если десять?

– И за десять!

– А если ящик?

– Ну ящик… Да за ящик…

– И пол‑ящика вам!

– Ну так бы сразу и сказал!..

В судебке трупы в навал не лежали. В судебке к трупам относились бережней, отводя каждому отдельную полку. Трупы были разные – придушенные, утопленные, зарезанные, застреленные, раздавленные, расчлененные, полуразложившиеся… Здесь молодому человеку уже не приходилось изображать тошноту.

– Ну чего, все, что ли? – интересовался сопровождавший его санитар, – Ты давай быстрее.

– Сейчас, сейчас…

Молодой человек спешил, но тем не менее не пропустил ни одного мертвеца, он склонился над каждым. Не гот… И не этот… И не этот…

А там левее…

Левее был Девяносто второй. С целым, не поврежденным черепом, но без левой руки. Вместо которой из смерзшейся мякоти выступали обломки костей.

Это был он! Девяносто второй!

Без левой руки, к которой обычно пристегивался кейс!

Девяносто первый отправился в ближайшее отделение связи и дал телеграмму.

«Тете стало хуже, срочно отзывайте из отпуска племянников».

Девяносто первый вызвал бригаду чистильщиков…

Глава 5

Ноздря был в растерянности. Он не мог понять, что случилось, что случилось с Хрипатым? Он послал Хрипатого в город, посмотреть, что да как, а того взорвали! Просто в клочки разнесли! Кабы Хрипатого стукнули в пьяной драке бутылкой по башке или пырнули ножом в подъезде – это было бы понятно. Но его взорвали! Как какого‑нибудь крутого барыгу!

Кому мог понадобиться Хрипатый, чтобы на него динамит тратить?!

– Может, это Фикса наехал?

– Да ты что, откуда у него взрывчатка? У него даже шпалера нормального нет! И как он мог знать, что Хрипатый будет дома?

– Блин, точно! А кто тогда мог знать?

– Да никто! Только мы!

Харя остолбенело молчал. Этот ребус был для него слишком сложным.

– Это что, получается, что кто‑то из наших, что ли, кончил Хрипатого? – совсем обалдел Харя.

– Да не из наших, наши все здесь были!

– Ну да, здесь. А кто тогда?

– А хрен его знает!

Ноздря даже представить не мог, как подступиться к этому делу. Но, в сравнении с Харей, был почти интеллектуалом, потому что прочитал три книги, посмотрел по видюшнику без счету американских боевиков.

– Слушай, а чего в этом случае менты делают?

– Менты‑то? По почкам дубинками лупцуют.

– Кого?

– Всех подряд. Пока не признаются.

– Нет, это потом. А вначале?

Ноздря вспомнил виденные им боевики.

– Вначале они жмуров осматривают… со свидетелями толкуют, мол, что да как и когда… Во! Хрипатого когда рванули?

– Соседи базарят – в три.

– А когда он нам позвонил?

– Блин, тоже в три!.. А как же так?..

– Вот и я думаю… Первый раз он позвонил, потом мы позвонили, и сразу же бабахнуло… Где чемодан?

– Какой чемодан?

– Тот самый!

– Так вот он…

Харя потянул из‑под кровати кейс.

Ноздря откинул крышку.

– А мобильники где?

– Откуда я знаю.

– Где мобильники! – свирепо вращая глазищами, заорал Ноздря. – Крысятничать!..

– Да че ты, да ладно ты… у пацанов, наверное.

– Если через минуту!..

Через минуту трубки лежали на столе.

– А чего мы, мы ничего…

– Кнопки лапали?

– Да когда, мы даже и не думали, мы просто так, посмотреть…

– Лапали, лапали…

– Ну‑ка ты, возьми мобильник и сгоняй в город. Получишь номер, и шнуром обратно! Только сюда его не тащи, в лесу брось, вон там, на опушке, – показал Ноздря на недалекий лес. – Сунь куда‑нибудь под корягу и ветками забросай, чтобы не видно было.

– Да ты че, его же свистнут! – поразились все.

– Не успеют.

Через три часа запыхавшийся посыльный вернулся.

– Ну все, бросил. Как ты сказал. В лесу. Вон там, между тех деревьев.

– Рядом кого‑нибудь видел?

– Не‑а. Чего там делать? Я там сам еле пролез. Ноздря осторожно, двумя пальцами, поднял вторую трубку, взглянул на панель.

– Ты куда в прошлый раз нажимал?

– В какой прошлый?

– Когда Хрипатому звонил!

– Я чего, помню, что ли?

– А ты вспомни! Ты лучше вспомни! – с угрозой в голосе прошипел Ноздря.

– Ну сюда, кажется. Или сюда еще. Потянул к трубке руку.

– Грабки! Грабки убери! – заорал Ноздря, испуганно отдернув руку с мобильным телефоном.

– Ты че, в натуре?

– Ниче! На – бери мобилу и иди вон туда, за дом, там овраг, спустишься в него и нажмешь на эту, потом на эту, потом на эту кнопки. Только раньше не вздумай!

– А чего будет, когда нажму? – забеспокоился бандит. – Чего‑нибудь будет?

– Еще быстрей будет, если ты пасть свою поганую не захлопнешь!.. – Ноздря злобно оскалился.

– Да ладно ты, ладно, иду уже. Давай…

С опаской, стараясь ничего не касаться, взял трубку.

– Ну я пошел?

Он боялся трубки, но еще больше боялся Ноздрю.