Боец невидимого фронта – 7

– Это, блин, кто?!

Короткий, из темноты в освещенное лицо, удар. Брызнувшая во все стороны кровь, тихий, со свирепым присвистом голос:

– Молчать! Всем лечь на пол!

Кто‑то, кажется Ноздря, потянулся под подушку за шпалером. Но на него обрушился жесткий, как кирпич, кулак. Ноздря дернулся и осел на пол.

– Я сказал – всем на пол!

Бандиты поползли на пол, привычно задирая руки на затылки.

– Менты поганые, – прошипел кто‑то.

Но бандитам не повезло, потому что это были не менты. Вспыхнул свет, высветив распростертые на полу тела и людей в масках.

– Где остальные? Где остальные, я спрашиваю!

Жесткий рант ботинка впечатался в ближайшие ребра.

– А! Ой! Больно!

– Где остальные?

– Все здесь! Все!

Чистильщики быстро разбежались по дому, переворачивая все вверх дном. Под одной из коек нашли кейс. Тот самый кейс!

– Куда дели трубки?

– Какие трубки? Мы не знаем ни про какие трубки! – затараторил Ноздря.

– Где трубки, падла, – перешли незнакомцы в масках на привычный бандитам язык. – Будете молчать – пришьем всех…

И, подверждая серьезность своих намерений, прошлись каблуками по спинам, так, что кости захрустели.

– Где телефоны?

– Это он, он продавал, мы не знаем! – захныкали бандиты, кивая на Ноздрю.

Того подняли, встряхнули и уронили на стул.

– Где трубки?

– Я не – договорить Ноздря не успел, кулак впечатался ему в нос, сломав хрящ. По его губам, по подбородку густо потекла кровь.

– Вспомнил?

– Вы чего, чего?.. – испуганно закричал Ноздря. Он вдруг понял, что это не менты. Менты бьют, но не калечат. А эти… Эти не шутят…

Человек в маске выдернул из ножен на поясе большой, с черным лезвием нож, схватил Ноздрю за волосы, рванул назад голову, до звона натянув кожу на горле, ткнул острое, как шило, лезвие под кадык. Нажал, очень расчетливо нажал, чтобы не убить, но чтобы напугать, чтобы пустить кровь.

– Говори! Или!..

– Я скажу, скажу…

Ноздря сказал все. Сказал даже больше, чем требовалось.

– Что еще было в кейсе?

– Больше ничего! Нет, еще замазка. То есть взрывчатка. Она там, в погребе.

– А блокнот?

– Какой блокнот? Там больше ничего не было! – искренне удивился Ноздря.

– Блокнот где?!

Нож буравил горло, раздирая кожу.

– Это не я, это они, – завизжал Ноздря, показывая на своих прятелей. – Они! Я не знаю ничего.

Чистильщики обрушились на бандитов. Они потрошили их по всем правилам скоротечного допроса – быстро и предельно жестко. Чтобы испугать, оглушить, отключить сознание, чтобы заставить заговорить инстинкт самосохранения. Чтобы заставить заговорить…

– Я! Я вспомнил! Я это… в общем, в туалете он!

– В каком туалете?

– В том, что во дворе.

– Ты что плетешь?!

– Я честно! Мне очень надо было. Я же не знал, что он вам тоже нужен.

– Ах ты, сволочь! Ты что, газету не мог найти?!

– Ну я же не знал!..

– Ну, значит, так: ты выбросил – тебе и доставать.

– Как доставать?..

– Так доставать! А ну – встал!

Двух бандитов погнали к туалету. Одного запустили внутрь, одного оставили снаружи, чтобы его могли видеть соседи, если они вдруг случайно проснутся и заметят возню в соседнем дворе. Чистильщики залегли рядом в кустах.

– Кто дернется – пристрелю, – предупредил командир. – Я не промахиваюсь!

Он мгновенно вытащил откуда‑то из‑за пазухи пистолет с большим, матово отблескивающим цилиндром глушителя, вскинул и, почти не целясь, выстрелил. Тихо лязгнул затвор, выбрасывая гильзу, слабо вспыхнули вырвавшиеся из ствола искры, и где‑то далеко, за четыре дома, погас уличный фонарь, у которого со стеклянным звоном лопнула лампочка.

– Все ясно?

Все было очень ясно, потому что доходчиво.

Бандиты поскучнели.

– Ломай верхние доски. А ты пока гильзу поищи.

– Зачем доски?

– Ломай, тебе сказали!

Бандит, не нашедший газеты, выломал доски.

– Теперь ныряй!

– Куда?

– Туда ныряй! Быстро!

– Там же дерьмо!

Набалдашник глушителя совершил короткий полет и уткнулся в фигуру у туалета.

– Считаю до трех.

Бандит мгновенно, солдатиком нырнул в яму. Тяжело булькнула вязкая жижа, не самый приятный запах пополз по окрестностям.

– Ищи!

– Как искать?

– Руками!

Бандит стал собирать плавающие по поверхности бумажки.

– Разверни. Разворачивал.

– Подними.

Поднимал.

– Нет, это не то. Давай дальше ищи. Давай, давай!

Бандит, переступая на носках, чтобы быть подальше лицом от поверхности дерьма, переходил в другой конец ямы.

– Не то… И это тоже…

– Здесь больше нет ничего.

– Тогда ныряй!

– Как… нырять?

– С головой!

– Туда?!! Не буду, падлы!..

Уговаривать его не стали. Командир сделал несколько быстрых шагов вперед и выстрелил. Над самой головой бандита. Пуля чиркнув по темечку, содрала с черепа кожу и, сочно чавкнув, ушла в землю. Дуло пошло вниз, остановившись строго против глаз.

– Раз!..

У бандита подкосились ноги, и он ушел вниз. С головой ушел.