Боец невидимого фронта – 7

– Ты хорошо разложил. Но ты не сказал, почему началось мочилово?

– Я не знаю, зачем мочат блатных и воров, Я сказал то, что сказал. Но я могу сказать, что сказал мне Губа.

– Губа?!

– Губа скинул мне на пейджер, а потом позвонил.

– Говори!

– Он мог гнать порожняк, но вы этого хотели. Губа скинул мне на пейджер, что отстегнул бабки за какие‑то мобилы, а потом позвонил и сказал, что может уступить пару, кому надо крутого фраера замочить или даже мента хоть даже в кабинете на Петровке.

И все будет чисто. Воры переглянулись.

– Что это за мобилы, которыми можно мента на Петровке замочить?

– Не знаю. Но знаю, что после того базара его заделали вглухую. И шестерку его, и Сивого с Рваным. И Ноздрю с Харей тоже. Всех! Я так морскую: всех, кто знал про мобилы!

«А теперь и мы знаем, – подумал каждый из присутствующих. – Ну подставил Мишка Фарт, падла! Так подставил, что не подкопаешься. Под мочилово подставил!..»

– Губа мог травить, а мог базарить по делу. Вы хотели знать – я сказал. Дальше решать вам.

– Что ты прошагаешь?

– Предлагаю не ждать, пока нас зажмурят поодиночке. Предлагаю мочить первыми.

– Ментов?!

– А хоть и ментов Тех ментов, что мочат нас!

– Как ты их найдешь?

– С помощью ментов.

– Не разводи бодягу, базарь по делу.

– Мента должен искать мент. Потому что он знает, как искать.

– Это верно. Только где взять мента, который согласится копать под мента?

– Мы отстегнем ему бабки.

– Все равно. Мент мента не сдаст.

– Раньше бы не сдал. Теперь – сдаст. Если не сдаст за бабки, сдаст за большие бабки.

– Ты найдешь такого мента?

– Я найду такого мента. Я достану важняка с Петровки. Если будут бабки.

– Важняк с Петровки стоит больших бабок.

– Не зажмурить зенки стоит дороже.

– Ладно, мы согласны. Это все, что тебе нужно от нас?

– Нет. Нужно, чтобы не было базара, что Миша Фартовый ссучился, потому что кентуется с ментами.

– Базара не будет.

– Тогда все. Тогда я скажу за мента. Я найду важняка, забашляю ему бабки, и он найдет ментов, которые замочили Губу, замочили Сивого и замочили Ноздрю с Харей. Я найду их. И намотаю кишки на шомпол. Я их достану. Я их из‑под земли достану!..

 

Глава 17

 

– И еще он сказал, что достанет их и намотает кишки на шомпол. А Халява – Бурому сказал. Я сам слышал.

– Что, так и сказал?

– Да, так и сказал. Я в точности запомнил. Из‑под земли, говорит, достану и намотаю!

– Ну так, хорошо. Теперь еще раз повтори, что говорилось о мобильных телефонах? Только подробней.

– Ну, он сказал, что мочилово идет за мобильники, которыми можно кончать хоть даже ментов на Петровке. Что так сказал Губа, а потом его тоже кончили.

– Ты об этом написал?

– Написал.

– Тогда все, свободен.

– А бабки?

– Ах, да… На тебе бабки. И смотри, аккуратно уходи.

– Да что я, в первый раз, что ли…

Собеседники разошлись в разные стороны, с интервалом в десять минут. Один, разжившись деньгами, пошел к ближайшему магазину. Другой – в местное управление ФСБ. Где предъявил на входе пропуск и поднялся в свой кабинет на третьем этаже.

В кабинете он разложил на столе рапорт сексота и, сверяясь с ним, стал писать отчет о проведенной сегодня конспиративной встрече с агентом Резвым. На эпизоде с мобильными телефонами он споткнулся.

В этом месте показания сексота напоминали переписанный с видюшника эпизод третьесортного американского боевика. Неплановая сходка, пропавшие блатные, мобильники, с помощью которых можно кончать ментов хоть на Петровке.

Просто какая‑то научная фантастика. Может, он, подлец, туфту гонит для объема?

Правда, в тексте мелькают вполне реальные персонажи – Губа, Миша Фартовый, еще несколько воров в законе…

Ну и что со всем этим делать?

Написать как есть?

Или отредактировать?

Он бы, конечно, отредактировал, но Петровка… Такую ссылку пропускать мимо ушей нельзя.

Нет, надо писать все. И пометить, что информация может представлять интерес для Министерства внутренних дел. И пусть они там сами разбираются…

Отчет пошел по инстанциям. И на каждом столе, каждый более высокий начальник, отсмотрев полученную от сексота информацию, спотыкался на мобильных телефонах и Петровке.

И, чтобы не оказаться крайним, тоже делал пометку – информация может представлять интерес для Министерства внутренних дел. Только добавлял слово «большой» – большой интерес. Или слово «особый» – особый интерес. Чтобы показать, что он не зря казенный хлеб ест.

В рамках еженедельного отчета информация сексота ушла в Москву. И была в Москве замечена благодари пометке: «Может представлять особый интерес для Министерства внутренних дел».