Боец невидимого фронта – 7

– Опасаюсь, как бы скандал не дошел до самых верхов.

– И ты дойди… до верхов. Что, там не люди сидят? У нас теперь демократия и рынок. То есть кто, что и куда хочет, туда и продает.

– Так‑то оно так.

– Бери деньги и езжай в Москву. Сегодня же езжай. И убеждай…

– Много брать придется. Они там зажрались совсем.

– Значит, много бери. Хоть миллион бери. Нам развязанные руки больше принесут. Если сразу не договоришься, поднимай прессу, мол, намечается откат к командно‑административной системе, предпринимателя душат…

На столе зазвонил телефон.

– Сейчас, погоди.

– Слушаю!

Прикрыв трубку ладонью, шепотом сказал:

– Вот, как раз они. На жизнь жалуются.

И, оторвав ладонь от трубки, громко ответил:

– Ну и сворачивайтесь! Я тут при чем? У меня свои проблем выше горла.

– Жалуйтесь хоть самому господу богу! Бросил трубку.

– Чуешь? Надо успевать, пока… Телефон зазвонил снова.

– Да!

– Зачем вы прерываете разговор?

Голос был незнакомый. Голос был совсем не тот, что звучал только что.

– С постоянными партнерами так нельзя…

– Кто это?

– Доброжелатель. Который хочет предостеречь вас от опрометчивых решений…

– Да пошел ты!..

Нажал на кнопку отбоя.

– Угрожать вздумали!

– Кто?

– Да черт его знает. Похоже, это комбинатовские решили не дожидаться решения суда. Звонил тут какой‑то идиот. Пугать пытался.

– Да ну, вряд ли бы они стали наезжать впрямую. Не тот уровень.

– Тот не тот, а…

Неожиданно резко зазуммерил телефон. Директор кивнул на аппарат.

– А ты говоришь… Да!

– Во сколько приедет домой мой цыпленочек? Твоя киска ждет тебя.

Тьфу, черт!

– Это ты, что ли?

– Я – любимая твоя киска‑мурлыка. Я плачу, что тебя все нет и нет.

Ну не дура?.. Хотя и очень симпатичная дура, которой немножко идиотизма очень к лицу.

– Приеду. Сегодня приеду пораньше.

– Может быть, – вдруг возник в наушнике чей‑то посторонний голос.

– Кто это там? Кто говорит?!

– Ой, кто это, цыпленочек?

– А киске лучше было бы помолчать. Пока взрослые дяди будут разговаривать.

– Фи, как грубо!..

– Кто это, черт тебя раздери! Кто?!

– Цыпленочек, он меня обидел!

– А ты, киска, действительно лучше бы пока помолчала.

– Как? Ты тоже… меня… цыпленочек… – захныкала киска.

Слегка обалдевший коммерческий директор удивленно смотрел на своего шефа.

– Что тебе нужно? Что?!

– Чтобы вы не бросали трубки. В противном случае мне придется вмешиваться в ваши телефонные разговоры.

Генеральный директор лихорадочно закивал на телефонный аппарат, закрутил в воздухе пальцем.

Узнай номер! Номер узнай! Я потяну с ним разговор…

Ну, конечно же!

Коммерческий директор побежал в приемную.

В трубке навзрыд рыдала обидевшаяся киска.

– Ты… меня… А я тебя… Цыпленочка… Ее идиотизм уже не казался обаятельным.

– Положи трубку, – рявкнул директор. Лишний абонент выбыл.

– Слушаю вас.

– Я хотел бы узнать, почему вы расторгли договор с вашими партнерами?

– Это было вызвано объективными причинами. Мне бы не хотелось здесь вникать в особенности нашего производства…

– Не надо вникать. Надо восстановить поставки вашей продукции. И тем исчерпать конфликт.

– Не надо меня учить… – завелся директор. Но тут же взял себя в руки, потому что там, в приемной коммерческий директор созванивался с телефонной станцией. – Мы не можем торговать себе в убыток. Мы вынуждены руководствоваться экономической целесообразностью, а не чувствами. Мы…

– Вы отказываетесь?

– Но такие дела так, на ходу, не решаются…

– Значит, вы отказываетесь… Хорошо, я перезвоню через пять минут.

В кабинет вошел коммерческий директор с листом бумаги в руке.

– Ну, что, засек?

– Да. Но это…

Генеральный выдернул лист. На нем фломастером был написан телефон. Его домашний телефон! Ах ты, дьявол тебя побери!..

– Он мог подключиться к кабелю, – сказал коммерческий директор.

– Если он еще раз позвонит, то…

На территории завода что‑то громко ухнуло. Задребезжали стекла. На столе подпрыгнула чашка с остывшим кофе.

Что за ерунда?!

Коммерческий директор подбежал к окнам.

– Где‑то рядом. Похоже, третий цех, – обеспокоенно сказал он.

Директор тыкал пальцем в селектор.

– Третий? Что там у вас?

– Как у нас?.. У нас?! Какой взрыв?!

Он говорит, что‑то рвануло в заводоуправлении! – на ходу крикнул директор, выбегая из кабинета.

В коридоре пахло дымом и пылью. Из‑за дверей высовывались головы.

– Где это?

– Кажется, на втором этаже.

Директор сбежал на второй этаж. Там по всему коридору на полу валялись какие‑то обломки. Сквозь пыль проступало пятно ярко‑белого света.

– Там стена… В стене дыра, – крикнул кто‑то. В конце коридора в торцевой стене здания была сквозная дыра. Дыра на улицу. Этаж наполнялся людьми.

– А что случилось‑то? Что случилось?

– Ничего не случилось. Идите работайте! – крикнул директор.

Подошел, пощупал теплый, раскрошенный кирпич. Ни черта себе, здесь же полуметровая кладка! Как же так?..

Быстро развернулся, пошел обратно в кабинет. В приемной с трубкой в руках стояла растерянная секретарша.