Боец невидимого фронта – 7

Значит, и Мишу Фартового тоже… Значит, чистка продолжается.

 

* * *

 

Подполковник срочно вылетел в Москву. Где позвонил своему приятелю в Министерство внутренних дел.

– Мне нужен выход на воров в законе.

– А аудиенция у господа бога тебе не требуется? Я могу устроить.

– Я серьезно. Они убили моего человека.

– Того, о котором ты хлопотал?

– Да, того.

– Они не пойдут на контакт. Воры в законе не водятся с ментами. Иначе они перестают быть ворами.

– Здесь особый случай. Я ищу тех, кто в том числе мочит блатных. Кто замочил Мишу Фартового.

– Ты знаешь, кто замочил Мишу Фартового?

– Догадываюсь.

– Это хорошо. Но боюсь, этого будет мало.

– При каких условиях они согласятся на разговор?

– Когда будут считать, что он им выгодней, чем ментам. В этом случае они, возможно, пойдут на контакт. Неафишируемый контакт.

– Им это будет выгодно. Ты поможешь мне?

– С удовольствием. Особенно если ты отдашь мне убийц Мишки Фартового.

– Отдам. Через неделю.

– Хорошо, я помогу тебе…

Воры согласились на контакт, ворам было лестно, что мент, что не просто мент, а крутой мент, идет к ним с поклоном.

– За что пойдет базар?

– За то, что сказал на сходке Миша Фартовый.

– Он много чего сказал. Чего ментам знать не положено.

Нет, так разговор не получится. Как видно, надо начинать с комплиментов.

– Я скажу так – вы люди, уважаемые в своем деле… Согласный кивок воров.

– Я всвоем. Опять кивок.

– Не вы пришли ко мне – я к вам. Значит, мне это было нужно. Снова кивок.

– Но нужно не только мне. И вам – тоже.

Воры переглянулись. Кружева плетет ментяра. Когда это легавым нужна была помощь честных воров? И когда это воры нуждались в помощи ментов? Не было такого! Динаму крутит важный мент…

– Мягко стелешь, начальник. Только спать на твоей перине жестко. Потому что твоя перина – шконка.

– Не так! Я вас на шконку не сажал. Это не мое дело. Я крутых барыг сажал и импортных. – Так ты не мент?

– Нет, я из Большого дома.

Воры не удивились, они сразу почуяли, что это не просто мент, что это мент с зелеными лычками.

– Я не лезу в ваши дела. Ваши дела – не мои дела. Я не стану говорить о своих делах. Потому что это дела, которые касаются только меня. Но есть одно дело, которое мое дело, но и ваше дело.

Хорошо говорил мент из Большого дома. Как надо говорил.

– Я хочу узнать, кто кончил Мишу Фартового. И вы хотите знать, кто его кончил. Потому что тот, кто кончил вчера Мишу Фартового, может завтра кончить любого из вас. И надо вам это – лежать где‑нибудь с дыркой в башке, когда можно не лежать?

Подполковник умел находить общий язык с уголовным элементом.

– У нас есть общие интересы. Ваш – чтобы вас не мочили. У меня – найти тех, кто вас мочит.

– Что ты хочешь, чтобы мы сделали?

– Я знаю, что Миша Фартовый говорил за мочиловку. Но мне надо знать, что он конкретно говорил за мочиловку.

Воры переглянулись.

– Что ты предложишь нам взамен?

– Я уже предложил. Предложил найти того, кто замочил Мишу Фартового. Найти для того, чтобы он не замочил вас.

Ворам очень хотелось согласиться. Но они не могли согласиться так легко. Не могли позволить, чтобы последнее слово осталось за ментом.

– Тогда решим так – ты найдешь его и отдашь его нам.

– Но это невозможно.

– Ты найдешь и отдашь его нам, или разговора не будет!

– Ты отдашь его нам, и мы разорвем его на куски. Это последнее наше слово.

– Хорошо, отдам…

На том и столковались.

Воры вспомнили все, о чем толковал Миша Фартовый. Вспомнили про мобильники и про то, что кто‑то неизвестный мочит всех, кто о тех мобильниках знает.

А раз мочит свидетелей, то не просто так мочит…

Подполковник запросил сводки происшествий по стране за последний год. Он сделал то, что сделал до него Курьер, ставший Помощником, что сделал вслед за Помощником Резидент, что сделал бы на его месте любой здравомыслящий человек. Он стал искать аналогии. Если вор в законе Миша Фартовый утверждает, что есть «мобилы», способные достать кого угодно где угодно, хоть даже в охраняемом доме на Петровке, и если после этого умирают и умирают все, кто мог знать о них какие‑либо подробности, и умирает Хрипатый, у которого взрывается в руках трубка мобильного телефона, то можно предположить, что все это не слух, а реальность. Что такие мобильные телефоны есть и что кто‑то хочет, чтобы о них никто не узнал. Настолько сильно хочет, что убирает свидетелей. Профессионально убирает.