Боец невидимого фронта – 7

Утром протрезвевший Помощник депутата стал вникать в дела. Вернее, в одно, крайне интересовавшее его дело.

– А тот где был?.. А этот?.. А тот чего?.. А этот куда?.. Мучающиеся с похмелья следователи отвечали неохотно и односложно, но отвечали.

К полудню Помощник развил бурную деятельность. Он направо и налево швырял деньги, «башляя» криминалистам за быстрое проведение экспертиз и патологоанатомам за вскрытие, покупал, по линии шефской помощи, мобильные телефоны, бензин и новую резину для милицейских машин. Развязывал языки обычно молчавшим свидетелям, оплачивая долларами каждое их слово.

– Где машина стояла? Не помнишь? А если за сотку? Все равно не помнишь? А если за две?..

Выдергивал из толстой пачки две купюры.

– Номер не запомнил? А если по сотке за каждую цифру? А если по три?..

И свидетели вспоминали то, что обычно начисто забывали.

Он действовал, как бульдозер, расчищая дорогу следствию.

– Ну давайте, давайте, пацаны! – погонял он всех и каждого. – Или мне шеф башку свернет…

Да, наверное, в том, что он там, а мы здесь, есть какая‑то справедливость, – думали про себя следователи. – Мы после вчерашнего головы поднять не можем, а он как огурчик!

Как‑то само собой получилось так, что Помощник депутата прибрал к рукам следствие. Никогда еще следователи не трудились так напряженно. Но и никогда они за свою работу не получали столько материальных благ.

Эх, кабы всегда так, то никакой преступности давно уже не было бы! Искоренили бы всю! – вздыхали милиционеры.

Иногда Помощник куда‑то исчезал на пару часов, но, когда возвращался, начинал раздавать деньги с утроенной энергией.

– Следы нашел?

Где нашел?

Ай молодец! На тебе бабки!..

– Ты запрос послал?

А чего, блин, так долго‑то?

А если за бабки?

И ответ на посланный запрос приходил неожиданно быстро.

И так же быстро приходили ответы на другие, обычно безнадежно зависающие запросы.

Но не во всем Помощник депутата полагался на милиционеров, в чем‑то только на себя – на свои глаза, уши, нюх и интуицию. В связи с чем взял в привычку прогуливаться вблизи мест, где при жизни бывал потерпевший, но более всего возле загородного дома потерпевшего, где он был убит.

Не просто прогуливаться, а очень целенаправленно «прогуливаться», привязываясь к ориентирам, разбивая местность на квадраты и прочесывая их один за другим. Как учили, осматриваясь слева направо и снизу вверх, полосой в несколько десятков сантиметров, фиксируясь на деталях.

А искал он в том лесу не грибы‑ягоды, искал чужие следы. Которые обязательно должны были быть. Ведь если преступление совершили профессионалы, то вряд ли они действовали спонтанно. Почти наверняка они день, два, неделю или две недели вели наблюдение за объектом. И, значит, не могли не наследить. Вопрос только, сможет он найти следы их присутствия или нет.

Шаг…

Еще шаг…

Набитая десятками ног тропа.

Едва ли они устраивались вблизи нее, рискуя, что их кто‑нибудь заметит. Наверняка забирались куда‑нибудь поглубже.

Помощник свернул с тропы и пошел по целине.

Четырнадцатый квадрат. С левого нижнего угла, по сантиметру, не пропуская ни единого клочка земли. Ни единого клочка, откуда можно видеть дом.

Поехали.

Шаг. Лежащие на земле шишки…

Шаг. Корни сосны…

Шаг. Прослеживая корни, поднять взгляд вверх, осмотреть ствол…

Все обычно, как и должны быть.

Обойти вокруг, осмотреть сосну, корни с другой стороны. Осмотреть сломанную ветку. Обратить внимание на ее дает, на характер слома…

Нет, эту ветку обломили давно, месяца три‑четыре назад. Ну не сидели же они здесь с зимы!..

Пошли дальше.

Лужа. Оглядеть ее кромку, где в подсохшей грязи могут отпечататься следы… Осмотреть зацепившиеся за камень обрывки полиэтиленового пакета…

Шаг. Осмотреть землю и траву…

Корни…

Ствол…

Вновь ствол, потому что отсюда что‑то можно увидеть, только поднявшись на дерево. И, значит, деревьям следует уделять особое внимание.

Ствол.

Ствол.

Ствол…

Ну‑ка, ну‑ка!.. Вот здесь и здесь на стволе пятна. Из‑за того, что ободрана верхняя, загрубевшая кора и из‑под нее проступила более светлая.

И чуть выше ободрана. Примерно сантиметрах в тридцати. Как будто кто‑то забирался вверх по стволу. Но если бы забирался зверь, то на коре должны были остаться глубокие царапины от когтей.

Есть они?

Нет, не видно.

Значит, лез не зверь, а лез, вполне может быть, человек.

Только как лез? С помощью «кошек»?

Нет, они тоже оставляют следы.

Тогда, может быть, по веревке, которую предварительно перебросили через толстый сук?

Нет, высоковато для точного броска. Хотя, если уметь это делать или если использовать арбалет или линемет…

Надо сюда вернуться еще раз, обязательно вернуться…

На следующую «прогулку» Помощник депутата отправился на рассвете. И на этот раз отправился с монтерскими «кошками». Ну такой уж он был чудак.