Боец невидимого фронта – 7

– Молодец! Молодец, потому что я пришел точно к такому же выводу – что это заговор производителей военной продукции, командиров спецназа и генералов, курирующих работу частей специального назначения. Так я решил.

Помощник сиял, как начищенные к празднику трубы духового оркестра.

– Именно так я решил. Вначале. Потому что потом перерешил.

Как так перерешил? Ведь все выглядит очень убедительно, выглядит так, как скорее всего и есть на самом деле. Директора заводов – заказывают, спецназовцы – исполняют, генералы – отмазывают… все довольны, все при деньгах. Почему не подходит эта версия?

– Но почему?..

– Потому что масштабы! Масштабы не соответствуют реалиям. Все руководители предприятий военного профиля на командиров спецназа выйти не могут. Ну, то есть, конечно, могут, потому что поставляют им технику и дружат с большими генералами, но могут с натяжкой. Все‑таки с натяжкой.

– А как же тогда?..

– Как обстоит дело в действительности? Хуже, чем представлялось вначале. Намного хуже. Да уж вроде хуже некуда…

– Нет, конечно, сговор директоров оборонных предприятий со спецназовцами имеет место и заказы на нерадивых поставщиков тоже не исключены, но… Но все это не более, чем частности. Частности! Отдельные составляющие другой игры. Совсем другой игры. И гораздо более масштабной игры!..

Помощник Резидента ничего не понимал. Ну совершенно ничего! Да, наверное, и не должен был, потому что это уже не имело отношения к арифметике, да и к алгебре тоже, это, пожалуй, пошла уже высшая математика.

– Я подумал – кому еще может быть полезно жесткое подчинение десятков заводов, обеспечивающих сырьем и полуфабрикатами военное производство? Кому, кроме руководителей тех производств?

Кому еще?..

И понял. Понял, что подчинение, путем шантажа и отстрела неугодных руководителей, может быть полезно человеку, который решил взять под контроль этот вид бизнеса.

– Производство вооружений?!

– Лишь в том числе вооружений. Потому что на самом деле он пытается проглотить гораздо больший кусок. Ведь армия не только летает, плавает и стреляет, но еще ест, одевается, обувается, сжигает в огромных количествах солярку и авиационный керосин, строит дома и ангары, болеет… Это больше, чем если продавать только оружие. Это стократно больше.

– Но это невозможно! Невозможно взять под контроль оборонку!

– Почему?

– Хотя бы потому, что предприятия оборонного комплекса находятся в ведении государства. И государство решает кому, что и за сколько продавать и кому ими руководить.

– Ну, положим, это так только на бумаге, но дело даже не в этом. А в том, что ему совершенно незачем подминать под себя оборонные госпредприятия, которые подмять действительно затруднительно. Ему вполне достаточно будет взять за глотку производителей, снабжающих оборонку ресурсами – то есть всеми теми: сырьем, узлами и деталями, станками, инструментом…

И тогда все, и тогда, считай, он станет монополистом, диктующим цены на самом богатом и самом перспективном рынке – на рынке армейского снабжения.

А такой человек не станет покупать командиров частей спецназа, такой человек купит командира командиров. Потому что это проще, более соответствует масштабам происходящего и, как мне кажется, более похоже на правду.

Есть какие‑нибудь возражения?

Какие могут быть возражения? Помощник Резидента только глазами моргал.

– Кстати, этой моей версии есть косвенное подтверждение. По меньшей мере на шести предприятиях, где были убиты первые руководители, на следующий, после их безвременной кончины, день появились новые, принятые со стороны замы.

Желаешь знать, с какой стороны?

Все с той же самой. Как минимум четверо из них отставники‑десантники, а двое – уволенные в запас офицеры армейского спецназа…

И если я прав, а это предстоит подтвердить или опровергнуть нам с тобой, если я прав – то обороноспособности страны, нашей с тобой страны, угрожает опасность. И как представляется мне – серьезная опасность.

Вот такие, брат, дела. Очень серьезные дела. Серьезней некуда…

 

Глава 34

 

Подполковник Максимов не вылезал из кабинета уже вторую неделю. Он был завален десятками, сотнями папок, которые громоздились на столе, на стульях, сейфе, подоконнике, полу… С утра до поздней ночи он читал протоколы осмотра места происшествия, показания свидетелей, заключения криминалистических, патологоанатомических и прочих экспертиз. Читал‑Читал. Читал…

Читал и выписывал заинтересовавшую его информацию на отдельные листы. И чем больше выписывал, тем больше понимал, что все эти географически удаленные друг от друга на тысячи километров убийства связаны друг с другом.

Чем?

Ну, например, используемым оружием. Профессиональным оружием, с которым надо уметь обращаться и которое на дороге не валяется.

Кроме закамуфлированных под сотовые телефоны бомб, в делах фигурировали снайперские винтовки, гранатометы, фугасы, а в одном случае даже зенитно‑ракетный комплекс «Игла», из которого сбили вертолет.

Но дело даже не в оружии – в способе его применения. Попасть из снайперской винтовки в цель с расстояния трех метров по силам даже человеку, никогда в жизни не державшему в руках ничего, кроме кухонного ножа. А вот с тысячи метров, а тем более с полутора‑двух километров… Стрельба с таких расстояний требует особой выучки. Тут ведь надо не просто совместить мушку с целью и нажать на спусковой крючок, здесь необходимо учесть метеоусловия – силу и направление ветра, прозрачность воздуха, влажность, знать особенности этого конкретного оружия, для чего хорошенько его пристрелять…