Глава восьмая

Глава восьмая

– Девяточка. И… оп-па десяточка! Себе, Фифа, тяни.

– Туз!.. И… еще туз! Эх!..

– «Московское очко». Ваши не пляшут!

– Фартовый ты, Ржавый.

– Какой есть! Уж таким меня мамка уродила, когда на зоне чалилась.

– А папка?

– Папке «живоглоты» НКВДэшные «зеленкой лоб помазали» и не стало моего драгоценного папаши и стал я сиротой Казанской и жизнь моя под гору покатилась. А кабы не так, быть мне графом, клифты бархатные носить, во дворцах жить и шартрез ведрами хлебать. Потому как папочка мой с самим Государем-Императором ручкался…

– Кончай, Ржавый, порожняк гнать. Папаша твой знатный «ширмач» на Лиговке был, да только на «перо» его посадили. Банк держи…

Идет игра, режутся блатные на интерес. Кто-то уже в одном исподнем сидит, проигравшись в пух и прах, но не уходит – азартно блестят глаза и кажется, что еще чуть-чуть и ухватит он фарт и отыграется, все себе вернув, да сверх того взяв.

– Туз. И… десятка. Очко. Скидывай «колесики».

Кривится проигравший, тянет с ног ботинки, шевелит голыми пальцами на ногах.

– Все. «Катать вату не буду», без интереса не играю.

– Нет!.. Еще!

– Чего ставишь?

– «Балабас», который у того фраера найду. Он второго дня «деревянное письмо» с воли получил. Что найду – на кон.

– Идет.

Тусуется колода самодельных засаленных карт, теснятся вкруг стола блатари.

– Девять. И… девять.

– Себе… Масть не лошадь, к утру придет…

Эх!.. Перебор. Нет фарта!

Откинулся, лыбится довольный выигрышем игрок. Проигравший, да не свое, чужое, полуголый зэк, пошел ступая голыми пятками по земляному полу. Остановился возле нар.

– Слышь ты, на «пальме», айда сюда.

Со второго яруса нар свесилось вниз лицо.

– Вы мне?

– Тебе, фраер драный. Прыгай воробушком вниз.

Спустился зэк, щурится, переминается с ноги на ногу.

– «Деревянное письмо» получал? Жинка, поди прислала?

– Да, жена.

– Тащи харч вниз. Мне платить надо.

– Но это, это моя посылка. Для меня, – робко возражает зэк.

– А мне по… Была ваша, стала – наша. Тащи, пока я тебя на перо не поставил.

Оглядывается блатной, лыбится, голыми пятками притоптывает – куражится перед дружками-приятелями, а те ржут, довольные спектаклям. Скучно им на зоне, потому что тепло и сытно.

– Кончай, лупоглазый, «сиськи мять», некогда мне, ножки стынут…

С нар из темноты, зэки, смотрят зубы сжав – все сплошь фронтовики, которые пулям не кланялись, на штыки немецкие ходили… А тут молчат, словно воды в рот набрали. Встать бы, да припечатать этого урода, что б душа из него вон, но только блатные враз вскинутся на обидчика и на перья поставят, а того хуже, в параше утопят.  Воровские законы на зоне – не человеческие.

Молчат фронтовики, глаза отводят.

Спустился «лупоглазый» протянул посылку.

Блатной руку туда сунул, поворошил.

– Тю… схавал жеванину, фраер? Жадный ты, дядя!

Оглядел зэка с ног до головы. Ботинки заметил. Справные.

– Скидай «колеса», ни к чему они тебе, ты не сегодня-завтра «ласты склеишь», а мне ножкам тепла хочется.

зэк испуганно замотал головой. Без ботинок здесь, в тундре – смерть.

– Ну ты чего, не понял?

Сверкнула в руке заточка.

«Лупоглазый» быстро присел, расшнуровал, скинул ботинки – без них может еще день два прокантуешься, а коли перо в бок, так прямо теперь откинешься. Такая психология у зэков, что лучше завтра, чем сейчас. Минутой он жив…

Блатной взял ботинки, но даже надевать их не стал, пошел к столу.

– «Лопаря» на кон ставлю. Знатные «лопаря» …

Пошла игра, застучали о стол вырезанные из картона карты.

Перебор…

– Эх, где мой фарт?

Конец игре? Но нет…

– Ставлю…, – осмотрелся Фифа, по столу ладонью хлопнул, – «Деда» ставлю!

И все притихли. И даже блатные. На нехорошее дело подписался Фифа. «Дед» хоть и мужик, но уважаемый, самый старый в бараке, в бороде и очках, какой-то там профессор кислых щей, тихий – мухи не обидит.

– Слово Фифа?

– В натуре. «Деда» ставлю! Век воли не видать.

– Ну смотри!

Замер барак. Все взоры на стол, на карты – такая игра пошла…

Ржавый сдает. Не спеша карты тасует, рисуется, знает все на него сейчас смотрят, как на артиста на сцене.

Девятка… Семерка… Лыбится, подмигивает, пальчиками играет…

– Еще?

Секундная пауза. Сомнение. Но кто не рискует…

– Мечи!

– Король… Двадцать!

Облегченно вздохнул барак.

– Себе.

Тянет Ржавый карту. Десятка… Замер, держит паузу. Любят это дело блатные, любят нервы пощипать. Постукивает пальчиками по колоде.

– Ну что, Фифа, поглядим, есть у меня фарт или вышел весь?

Тянет карту. Бросает на стол. Туз!

– Очко.

Вздох по бараку. Проиграл Фифа Деда. Вчистую. И ведь все понимают, передернул Ржавый, туза из рукава вынув или еще как, потому как известный он «катала». И не пожалел Деда, не дал Фифе отыграться.

И Фифа все понимает, только не схватить Ржавого за руку.

– Когда должок отдавать станешь? – смеется Ржавый, поблескивая зубами золотыми.

– Теперь отдам!

Встал Фифа, к нарам пошел. Туда, где Дед кантуется.

– Ей, Дедок, слазь.

Слез, встал Дед, ничего со сна не понимая. Смотрит вопросительно, не понимает, что смерть к нему его пришла.

Но кто-то еще спрыгнул, рядом встал.

– Слышь, Фифа, не трожь Деда, не бери грех на душу.

– Ой, – притворно удивился Фифа, – Кто ж это такой сыскался? Защитник. Прямо – страху нет! А коли я не его, а тебя?

Стоит зэк, не шелохнется. Один. Капитан-летун, Герой Союза. И надо бы к нему, надо слезть, рядом встать. Ведь не испугался он… Но страшно, страшно на пере повиснуть, потому что Фифа – рожа кровь с молоком, сытый, быстрый, а ты почти доходяга – дунь – упадешь. Не совладать с ним…

Но надо слезть, потому что летун стоит. Надо!..

Спрыгнуть с нар, придвинуться, притиснуться к Деду. Встать молча. Еле заметно кивнул летун благодарно – легче ему стало. Двое – не один. Хотя и вдвоем – что они сделают. Но может, кто-то еще…

Зыркнул Фифа вправо, влево – дурное дело, коли мужики вместе поднимутся. Весь барак не порезать. Но и долг отдавать надо, чтобы к параше тебя не приставили. Безвыходное у него положение.

С верхних нар головы свесились, смотрят волками и глаз не отводят! Много их… И те двое придвинулись… А сзади дружки блатные глядят, интересно им, как Фифа выкрутится. Помогать ему не будут, на зоне каждый сам за себя. Сам проигрался – сам крутись…

Усмехнулся Фифа, фиксой сверкнув.

– Да ладно, фраера, не вопрос, я же понимаю, пусть живет Дедок… Слышь Дед сто лет, сам помрешь.

Улыбнулся дружелюбно. И Дед в ответ.

– Иди – спи. Дави харю. Сон зэку в облегчение дан.

Развел руки в стороны, чтобы обнять старого зэка, по плечам, по спине похлопать. И все расслабились и невольно заулыбались.

Фифа завел руки, но не обнял. В руке его взблеснула узкая как шило заточка и он быстро и точно вогнал ее в спину Деда, аккурат против сердца. Тот вздрогнул, удивленно выпучил глаза и стал оседать на подкосившихся ногах.

Фифа отпрыгнул. Хищно щерясь и тыкая воздух окровавленной заточкой и отступая спиной в блатной угол. И приятели его повскакивали, выдернув откуда-то ножи и заточки, готовый сцепиться с мужиками.

Но никто не стронулся с места. Поздно. Некого уже защищать.

Смотрят блатные. Сморят зэки. Никто в драку сунуться не решается – все понимают, малой кровью тут не обойдется. Выжидают…

Дрогнула занавеска в конце барака… Сивый! Смотрящий за зоной.  Вор авторитетный, с ходками от Царя-Гороха. Всех пережил, и Феликса, и Ягоду, и Ежова, и теперь помирать не собирается.

Отступили блатные.

Вышел, глянул Сивый, Деда, скрючившегося на полу земляном приметил, струйку крови из-под него.

– Кто?

– Фифа. В карты проиграл.

– Дурак.

Быстро Сивый расклад понял – мужики, коли все встанут, а встанут, если до резни дойдет – сила. Половина из них фронтовики, навыки свои вспомнят, с нар жердины повыдергивают, встанут спина к спине… Блатных – горстка. Не совладать с мужиками разом, по одному их резать надо.

– Ша! Кончай кипишь. Спать мешаете.

Шагнул назад. Упала занавеска.

И все стихло. Блатные сели «вату катать», зэки на нары полезли.  И только Дед остался. Был человек – и не стало его. Что для зоны дело обычное. А от чего помереть – от «пера» в бок, поноса кровавого, пули конвойного или чахотки – не все ли равно. Все они тут – не жильцы, ко всем смертушка не сегодня, так завтра придет… Такая жизнь, которую и потерять не сильно жаль…

 

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *