Глава двадцать восьмая

Глава двадцать восьмая

Пятнадцать зэков стояли в два рядка, в черных одинаковых фуфайках, с номерами на груди с левой стороны. Стояли и чего-то ждали. Пред строем прохаживался точно такой же ЗК, перебирая какие-то бумажки.

— Распределяемся по работам. Ты и ты — в столовую, чистить, драить, готовить. Вам — приборка помещений и территории. Ты и ты — на заготовку дров. Вы трое — на вышки, «вертухаями».

Чего-чего?.. Вздрогнули зэки, глаза выпучили. «Вертухаями»?! Как это понять?! Они же не «красноперые», заключенные они. Или им послышалось?

— Ну чего стоите — шагом марш из строя верхнюю одежду получать и оружие. Бегом, бегом!..

Оружие?! Это что – шутка такая?

Да нет, выдают, вручают карабины! Правда без патронов — все-таки без патронов — но оружие-то настоящее! Им — зэкам!

Общее построение и короткий инструктаж.

— Здесь и теперь начинается ваша новая служба. Люди вы бывалые, военные и должны понимать, что за просто так вас кормить и чай с сахаром давать не будут. Новая жизнь вас ожидает. Сытая… Привычки зоновские — забываем, как страшный сон, все вы здесь равны, все под одну гребенку, все — рядовые бойцы! Блатных привычек не потерплю! Ясно?

Молчат зэки растерянно, ни черта не понимают, на своих приятелей косятся, которые с карабинами в форме ВОХРовцев рядом стоят, испуганные больше, чем если бы их под стволы поставили.

— Охранять себя будете сами, по очереди. Кому не нравится, может вернуться на зону — держать не станем. Если кто надумает сбежать — не советую…

Да кто же побежит от такого?! Только если сумасшедший!

— Если кто-то сбежит, все отделение подвергнется наказанию, вплоть до возвращения в лагерь с приварком «червонца» от гражданина Прокурора за побег…

Как побег?.. Почему побег?!… Их же этапом из лагеря, через ворота…

— Побег, потому что мы вас отмазывать от «барбосов» не станем — открестимся. Ясно?

Понурились зэки. Не все тут так просто.

— И главное… У всех у вас есть родственники, есть отцы, матери, братья, сестры, жены и дети. У каждого! Если вы сбежите и будете пойманы, то будете расстреляны без суда и следствия, как это было на фронте, а ваши близкие отправятся в ссылку лишившись всего нажитого имущества. Что это такое, рассказывать не буду, сами знаете. Если вам повезет, и мы вас не найдем, то к родственникам будут применены более суровые меры, вплоть до верхней планки. Всем все понятно?..

Молчат зэки, хмурятся. Вот она правда жизни. Вот он супчик с жиром и вольный хлебушек. Не бывает ничего просто так! Попали они… только не понять куда.

— Разрешите вопрос?

— Разрешаю.

— Что мы должны будем здесь делать?

— Ничего — учиться. Пока только учиться. Чему — после узнаете. А теперь напра-во! По местам разойдись!

Разошлись зэки, кто на кухню картошку чистить и котлы скрести, кто метлой махать, кто на вышки полез. И стали они, все и каждый, думки думать… Одинаковые. Была зона, голодуха, лесосека, блатари, да Кум… — страшно, безнадежно, но понятно. А здесь что? Жир в супе и подушки?.. Сытая, почти вольная жизнь. Вот только чем она обернется? Для них. И для близких их, которых даже злобный, как волчара, Прокурор не трогал! А эти…Дурное дело здесь мутится и непонятное. Что-то будет…

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *