Глава пятьдесят третья

Глава пятьдесят третья

— Обходите перешеек по болоту, идти тихо, без всплесков и брызг, да не бойтесь замочиться, выходите на берег километрах в трех не раньше… На сушу не соваться, там могут быть мины и сигнальные растяжки…

Слушают бойцы, кивают — да все понятно, нормальная боевая задача по скрытному проникновению на вражеский объект, со стороны, где их не ждут. Как-будто в первый раз… И не по таким трясинам приходилось ходить и не по пояс, а по самое горлышко, а то и

по маковку, когда с трубкой во рту…

— Где-то здесь, на перешейке, у них НП, к нему кабель телефонный идет. Нащупаете его и по нему как по ниточке…

И это понятно. Кабель он и есть кабель, как нить Ариадны для разведчиков. Ходили по ним во время войны, штабы и узлы связи противника выявляя.

— Вопрос. Что делать с людьми на НП?

— Брать живыми и потрошить по горячему. Не вам — особистам. Вам — помогать.

— Пределы?

— Будут молчать — как на фронте…

Кивнули. Попрыгали, чтобы ничего не бренчало. Ребята опытные, не МГБэшники — нет, группа армейских разведчиков с фронтовым еще опытом, из Округа, которых Лаврентий Павлович по-свойски «одолжил» в Министерстве Обороны. Своим, «разжиревшим на зоновских харчах», работникам, он не доверял — не будут эти на пузе по болотам ползать, а поползут, так — потонут.

– Пошли…

Ночью, в кромешной темноте, шесть разведчиков сошли с берега в болото со слегами, вырубленными из жердин и, ощупывая дно, по пояс, а то и по грудь, двинулись параллельно перешейку. Шли медленно, чтобы не «гнать волну».

Пора…

Выбрались на берег, слили из обуви воду, встали на четвереньки и пошли перпендикулярно от берега, щупая пальцами и протыкая щупами и штык-ножами землю…

Есть! Провод, обычный армейский ПТГ-19 — семьсот метров на катушке из военных еще запасов. Уцепились, пошли по проводу, отгребая лесной мусор, чтобы ветки и сучки не ломались под ногой.

Запах табака! Расслабились ребятки на НП, так службу не несут. Оно конечно — не фронт, нечего им тут опасаться.

— Вы — справа, вы — слева, — показал командир.

Расползлись двумя группами и разом, с двух сторон, упали на «противников», не дав им шевельнуться, руки за спины заломав и рты ладонями заткнув. Шепнули в самые уши:

— А ну — тихо, зарежем на хрен!

Притиснули к шеям остро заточенные финки.

— Кто-то еще есть? Кто в дозоре?

Замотали головами — все здесь. На нитку показали, которая поперек перешейка идет. Да и рядом колея, рукой подать — каждый шаг слышно. Значит — все. Но двух бойцов разведчики в караул все-же выставили.

— Давай сюда «особистов», — махнул командир.

МГБэшники вынырнули из темноты, как черти из табакерки, сильно довольные, что не им пришлось по болотам ползать. Привыкли они во время войны в тылах отсиживаться, жар чужими руками загребая.

— Помощь нужна? — спросили разведчики.

— Сами справимся.

Насели особисты на «языков», хоть и непривычная обстановка, не кабинет с креслом и лампой в лицо, но приемы те же самые — напугать, надавить, сломать, сла-

бое место у подследственного найти.

— Ну вы попали ребятки — можно лбы под зеленку готовить!

Это — всем сказали, а после растащили в разные стороны, чтобы по-отдельности допрашивать.

— Ну что, будем говорить или упорствовать? Молчишь, гнида — Родину продал, которая тебя вскормила, народ свой…

Молчат зэки, потому что проходили все это еще тогда, когда им первый срок мотали. По-первости — вскипали, в грудь себя кулаком колотили, крича, что Родину защищали, крови не жалея, пока другие по тылам околачивались, что ордена, звания и благодарности от командования… Но тогда они разведчиками были, фронтовиками, а теперь зэками, со сроками и опытом.

— Чего шумишь, гражданин Начальник, чего хочешь?

— Чистосердечного — кто ты, откуда, зачем здесь?

— Не знаю ничего гражданин Начальник, меня от тачки взяли, сюда привезли не спрося.

Удар в лицо. Выплюнул зэк пару зубов… И это они проходили — не новость. На языке следствия называется — акция предварительного устрашения.

— Ну честное слово, гражданин Начальник, ну

клянусь!

Косятся злобно на допрос армейский разведчики — не любят они особистов, ой не любят, потому что понимают, в любой момент против них на табуреточку, привинченную к полу, присесть могут.

— Кто у вас там на зоне командир?

— Не знаю, гражданин Начальник, ходит какой-то хмырь в кителе, при погонах, но кто он такой — мне не докладывал.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *