Глава семидесятая

Глава семидесятая

Тих лагерь, да только обманчива та тишина. Ходят зэки, покорно голову склонив, перед начальством кепки с голов рвут, но как без пригляда остаются, в кучки сбиваются. Сядут кружком, «скрутняк» свернут, дым пускают, беседу неспешную ведут. О чем? Да все о том же, о судьбе зэковской

— Хреновое наше дело — нынче мы воров режем-калечим, а завтра?

— Завтра «урки» нас на «перья» поставят. Не здесь, так там. На зоне хоть голодно было, но все ясно, а здесь не понять, куда повернет…Там срок на убыль шел, а здесь в рост — за побег, за воров порезанных. Был у меня «червонец», что я на треть уже отмотал, а нынче — «четвертак». Такая арифметика…

— Да… Не дело это, людей живых как баранов резать, хоть и блатные они. Не по-божески это.

— А ты в Бога веришь?

— Верю! На войне поверил, когда выжил там, где все другие полегли. После зарок себе дал — не губить души людские понапрасну.

— А как сюда попал?

— А меня спросили? Нет на мне пока крови, но

сегодня завтра в круг поставят и что тогда?

— Убьешь. Или тебя «урки» прикончат.

— Когти отсюда рвать надо, пока не поздно, — молвит мрачно «Грач», — Гнилое дело тут затевается. Не знаю какое, но чую в дерьмо нас окунут по самую маковку.

— Куда рвать?

— На волю, за забор. Здесь ВОХРа своя, ряженая — четыре вышки, а на зоне «вертухай» на «вертухае», да Кум с красноперыми без счету — там не сорвешься. Загонят нас обратно, сроков накинут или, того хуже на «крытку» определят и всё, амба. Здесь лес кругом, нырнул и с концами, ищи-свищи.

— А в тайге что? Лапу сосать, как медведи?

— Зачем лапу? — усмехается «Грач», — А схроны, что «Партизан» по округе раскидал — там жрачка, одежда теплая — хоть зиму зимуй. Затаримся и айда.

— Ты найди их сперва!

— Найду. Мне люди его наколку дали.

— А ты не гонишь?

— Тебе место сказать?.. Чего «порожняк гонять»? Я здесь гнить не собираюсь. Ни сегодня-завтра новый этап пригонят и порежут нас, как баранов. А я не хочу! Воли душа просит! Там в одном тайнике «волыны» схоронены и «маслята» в цинках. При «стволах» будем — не пропадем.

Думают зэки — свобода мечта их извечная, о ней все помыслы.

— А коли словят?

— Кто? «Красноперые» ?.. Да даже если сцапают, больше того, что мы имеем не накинут! Это дело верное.

— Они родственников обещали… — напомнил кто-то.

Но и на то у «Грача» ответ есть.

— Не тронут они их, мы так дело обставим, будто утопли в болоте — на бережку потопчемся, ряску разгоним, телагу в воду бросим. Трясины здесь есть бездонные. А того лучше кого-нибудь из «урок» в побег сблатуем и там на болоте оставим. Они баграми болото прошарят, утопленника вытянут и решат, что остальные на дно ушли — тем дело и решится. Зачем им родичи наши, когда мы покойники?

Дело говорит!

— А коли «когти рвать» — когда хочешь?

— На днях… Место знаю, где «колючку» надо резать, там кусты рядом — метнуться никто ничего не заметит. Вертухая отвлечь и — ходу. Всех дел на полминуты.

— А кто отвлечет?

— Найдется кому. Что вы дрейфите? Или мы на фронте на ту сторону не ходили? Чем здесь хуже — там «передок», колючка в три ряда, фрицы с ракетами, гнезда пулеметные, мины на нейтралке и то прорывались. А здесь четыре карабина… О чем говорить!

Судачат зэки, прикидывают как ловчее им на «лыжи встать». И верят они что, может дело выгореть, потому что — точно, на фронте похуже бывало, но никто не трусил. А там, коли схроны разорить, приодеться можно, консервами и крупами торбы под завязку набить, а если «стволами» разжиться — без дичи не останешься, она тут не пуганая и на каждом шагу. Год можно жить-не тужить, из тайги не высовываясь. Хорошо все «Грач» скумекал.

— Говорят ты бегал уже? — спросил кто-то.

— Было, — кивнул «Грач», — Только ловили меня, потому что я голодный и босой к железке и дорогам шел, да в избы стучался, хлебушка просил, а нынче от людей — в лес подамся. Пусть там «красноперые» попробуют меня сыскать!

— А если нас сдадут?

— Кто? О побеге только вы знаете, да еще один человечек верный. Если сдаст кто, — сверкнул глазищами «Грач», — На месте порешу! А не узнаю кто — всех порежу. Мое слово верное.

Притихли зэки — этот порежет, этот первый вызвался «урок» раненых добивать. Да и прежде, говорят, на зонах не раз сходился он с блатными на ножичках.

— Добро, тут надо пораскинуть мозгами.

— Вот и давайте. Только я долго ждать не буду, кто со мной — тот со мной, а остальным рот на замок закрыть и ключ выбросить! Ясно?!

Ясней не скажешь…

Сидят зэки, курят, «баланду травят», не подумаешь, что замыслили они дело лихое. Но так всегда и бывает — посидят заключенные поболтают, а после в по-

бег сорвутся, потому что мочи нет так дальше жить…

6 Replies to “Глава семидесятая”

  1. Владимир

    Возможно я что-то упустил…Но как же теперь оставшиеся в живых члены отряда собираются выходить на связь с “Хозяином” ?Или скорее-неужели Сталин не мог предположить подобное развитие событий,как вмешательство третьих лиц и перехват инициативы ?И почему не были заранее продуманы пути и способы быстрого и незаметного ухода из тренировочного лагеря в таком случае?Полкана убили и он унёс с собой тайну,а как же запасные точки связи с “центром” на подобный случай?Если убивают командира то командование на себя берёт самый старший по званию из его подчинённых или же тот кто способен это сделать.Убили “офицерика” и типа концы в воду…Но ведь вождь не дурак и должен был понимать возможность слежки за первым куратором и как следствие-возможность раскрытия своих планов.Не уверен…либо это слегка нелепо,либо через чур жизненно.Впрочем,в любом случае ,книга невероятно- интересная и к тому же как я надеюсь-всё ещё впереди.

  2. Вадим

    Андрей Александрович, будет то продолжение то? Или или может сразу целой книжкой выпускайте)

  3. Ерболат

    Книга скоро выйдет! См. здесь. Каждый день мониторю, чтобы заказать. 🙂

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *