Глава сороковая

Глава сороковая

А вот и фото. И – совсем другое дело… Лицо, хоть и расплывшееся с белыми, практически без изображения, пятнами, но все-таки с деталями — вот глаза, вот нос и рот угадываются… Постарались эксперты.

— Что еще?

— Подробный словесный портрет, рисунок, который художник по описанию сделал — «Погон» говорит, что вроде похож.

Берия положил на стол рядышком портрет и фотографию, стал смотреть, сравнивать, крутить, местами менять.

— Подготовьте ориентировку с портретом и описанием, напишите, что разыскивается особо опасный преступник и разошлите по всем отделам милиции, особенное внимание уделите авто, железнодорожным вокзалам и аэропортам. Участковых мобилизуйте и активистов, пусть пройдут по дворам, покажут, разъяснят… Чтобы каждому советскому человеку до сведения довести! А чтобы внимательней смотрели, придумайте какую-нибудь легенду пострашнее.

— Какую?

— Не знаю — про маньяка, который детей душит или женщин беременных. И еще рассылку по линии МГБ, чтобы каждый оперативник ориентировку в планшете имел. К «Хозяину» он в форме МГБ приходил, значит, не исключено что — из системы. Перетряхните всю страну, премию пообещайте. И предупредите «Погона», что когда он еще раз появится…

— Уже предупрежден!

— Вблизи дачи людей своих посадите, из самых надежных, чтобы проследили его. Но только так, чтобы они людям Власика на глаза не попались!

— Гостя брать?

— Пальцам не трогать! «Гость» — человек «Хозяина», он с нас головы за него поснимает вместе с фуражками! Следить, смотреть, нюхать, связи выявлять. Неделя тебе сроку — не найдешь, сам планшетку в руки возьмешь и по дворам отправишься с населением беседовать.

— Сделаем Лаврентий Павлович, не в первый раз. Человек не иголка…

— Именно что — иголка! Шило у меня в… галифе. Ступай!..

Сидит товарищ Берия, на портрет смотрит, виски трет. Что за человечек, зачем «Хозяину» понадобился? Да ведь не раз уже приходил и все без записи — неспроста это! Власика бы спросить, да тот ничего не скажет, даже если знает, он при «Хозяине» аки цербер на цепи — никого к нему не подпускает и ни с кем информацией делиться не станет. Может это вообще — его человек!..

Не любит Лаврентий Павлович загадок, особенно которые «Хозяин» задает. Просмотришь пустячок какой и вмиг с кресла слетишь. А то и вовсе… Хитер товарищ Сталин и на расправу спор, прежних Наркомов, предшественников его быстро в яму спровадил, так может, теперь его очередь подошла? Тут надо ухо востро держать, а ключик к разгадке тот Гость, что в форме МГБэшной ходит… Может конечно, страхи напрасны, а если нет?..

Через неделю с мест поступило более сорока сигналов. В сорока городах бдительные милиционеры и оперативники злодея выявили…Сидит Лаврентий Павлович бумажки перебирает — любит у нас народ маньяков ловить. Не то… Не то… Да ведь все — не то! Все опознанные — на поверку оказались вполне себе добропорядочными гражданами и, главное, никак не могли у «Хозяина» быть, потому что в это время дома в кругу семьи чаи распивали или на производстве трудились. Тупик…

— Что по МГБ?

— Там только один сигнал. Непонятный.

— Покажите.

И верно — непонятный. Какой-то опер зоновский его опознал. Вроде похож портрет с ориентировки на офицера одного, который из Москвы в командировку к ним в лагерь приезжал и с зэками беседовал. Хотя полной уверенности нет.

— Личность офицера установили?

— Так точно! По удостоверению, которое он предъявлял — Елисеев Александр Михайлович. Работает в системе, на хорошем счету, ранее состоял в Охране на Ближней даче, но после пошел на повышение.

Выходит, с «Хозяином» еще прежде мог быть знаком, коли охранял его? И, тем более, с Власиком!.. Может верно — его это человечек, от того и записи в книге Регистрации нет? Только зачем ему в Сибирь к зэкам мотаться?

— Цель командировки уточнили?

— Так не было никакой командировки. На месте службы он попросил отпуск без содержания.

Смотрит Берия, лицо кровью наливается. Вспыльчив Лаврентий Павлович, грузинская кровь в нем играет, сейчас, прямо здесь в кабинете, может погоны сорвать или по морде дать.

— Так какого-же черта! Человек есть, а командировки нет! Кто его туда направлял?

Хотя в их ведомстве чего только не бывает, бардак там — любой Начальник офицера с места сдернуть может или из отпуска отозвать или он сам, по своей инициативе…

— Чего молчишь?!

— Не могу знать! Информация поступила только сегодня, идет проверка сигнала…

— Куда идет?.. Далеко идет?.. Абакумова мне, срочно на провод!

Крутит Помощник «вертушку», сам бледный и в поту.

Думает Лаврентий Павлович, комбинации в голове перебирает — «Хозяин», или «Власик», или оба? И против кого? А если его?..

Сует Помощник трубку.

— Товарищ Абакумов на проводе!

— Виктор Семенович, здравствуй дорогой, Берия беспокоит. Справки мне нужно навести по одному человечку твоему. Да, из МГБ. В командировке он был дальней, хочу узнать кто его посылал…Да нет, ничего серьезного — набедокурил он там чего-то по линии милиции. Сейчас фамилию продиктую… Когда? Хорошо, перезвоню…

Повернулся к Помощнику.

— Время сверяли?

— Так точно! На место, прибыл…

Нет, что-то не сходится… Вечером он у «Хозяина» на ближней даче был, а утром уже в Сибири с зэками разговоры говорил. Зачем такая спешка? И как добрался? Он что, сразу на самолет перепрыгнул? И причем здесь зэки?.. Какая связь?.. Но отпускать нельзя, коли уцепились…

— Проверьте по билетам фамилии пассажиров всех вечерних и ночных рейсов… И по ведомствам пройдитесь — запросите на аэродромах, расположенных в радиусе ста километров от Москвы, сведения по всем военным, министерским и прочим «бортам».

Звонок «Вертушки».

— Лаврентий?

— Что у тебя Виктор Семенович, чем обрадуешь?

— Офицер твой в МГБ точно имеется, а вот в командировку никто его из моего ведомства не посылал. В отпуск он убыл.

— В Сибирь? — скривился Берия.

— Что говоришь.

— Так, ничего, вырвалось… Спасибо, Виктор Семенович.

И все же не складывается — не тот уровень! Зачем «Хозяину» могли понадобиться какие-то зэки? Или он родственника или знакомого ищет? Но тогда он бы на прямую к Абакумову обратился. Да и не жалует товарищ Сталин ни ближних, ни дальних родственников, ни друзей детства… Не любит он ни за кого хлопотать — собственного сыночка из-под немцев вызволять не стал. Непонятно все это…

— Информация по аэропортам.

— Что там?

— Рейс из Москвы в двадцать три пятьдесят, один билет куплен Елисеевым А.М.

— Он?

— Так точно!

Вот те — раз! Значит, наш пострел все-таки успел! Метнулся от «Хозяина» в аэропорт и утром был уже на месте. Интересный — отпуск, в который так спешить надо, что подметки потерять можно!..

Думает товарищ Берия, соображает с какого конца ниточку ухватить.

— Кто у нас по линии МГБ на Сибири сидит?.. Вызови мне его на провод…Прямо теперь!.. Ну, значит разбуди!..

Гудки…, гудки…, гудки… И заспанный голос.

— Да, слушаю, кто там, чего надо?

— Лаврентий тебя беспокоит… Тот самый… Скажи мне, друг разлюбезный, был у тебя в командировке офицер… Да уж, припомни, очень надо…

Молчание, напряженное молчание на том конце провода. Не хорошее молчание…

— Не помнишь? Завтра узнаешь?.. Хорошо, завтра жду твоего доклада… Или вот что, давай лучше, когда ты в Москву на Коллегию прибудешь… На той неделе?.. Вот и хорошо. Тогда и поговорим.

Положил Берия трубку, глянул на Помощника.

— Собери группу следователей из своих и оформляй командировку.

— Куда?

— Туда! — ткнул Лаврентий Павлович пальцем в телефон. Пусть разберутся на месте, только аккуратно.

— Когда выезжать?

— Прямо теперь — часа не откладывая! Не будет билетов — грузи всех в мой самолет. Но утром они должны быть на месте! Потому что кто-то успевает, а мы с тобой, похоже, опаздываем!..

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *