Мастер взрывного дела – 5

Разница была ощутима.

Начальник отдела выделил отдельные цитаты, перенес в один файл, перетасовал их, расставил в определенном порядке, проставил числа и распечатал на принтере. Из сотен тысяч бит беспорядочной информации выкристаллизовалась главная, на которую и следовало обратить внимание вышестоящему начальству.

Вышестоящий начальник не пропустил сообщение, поступившее из девятого отдела. Он внимательно прочитал представленные цитаты и набрал номер на внутреннем телефоне.

– Это я.

– Слушаю.

– Возможны колебания в политическом курсе страны X.

– В какую сторону?

– Пока неясно. Информация слишком фрагментарная, чтобы делать какие‑нибудь определенные выводы.

– В чем она заключается?

Начальник зачитал несколько цитат.

Одну – месячной давности, где Глава страны Х провозглашал свою лояльность ко всем прочим, чуть более большим или лучше вооруженным ближним и дальним соседям. И отказывался от каких‑либо территориальных претензий к соседним странам, несмотря на то что границы между ними имели очень спорную конфигурацию. А отношения оставляли желать лучшего.

И вчерашнюю – где тот же Глава требовал разобраться со спорными, издревле принадлежащими им территориями. И совсем недвусмысленно намекал на дурное влияние на распоясавшихся соседей расположенных за тридевять земель сверхдержав, которые желали его народу всяческих несчастий.

Разница была разительной. Моська вдруг ни с того ни с сего разлаялась на своих более породистых сородичей. И заодно на проходящих мимо слонов.

С чего бы это у моськи проявилась такая агрессивность?

– Подготовьте подробный доклад, – попросил один начальник другого. – К завтрашнему утру.

…Перед экспертами поставили единственный и самый главный вопрос – отчего вдруг разлаялась моська? Отчего она перестала бояться не только клыков ближних своих собратьев по породе, но и слоновьих бивней? Что это – непродуманное заявление распоясавшегося средней руки вождя? Или, напротив, хорошо продуманная и направленная на перспективу политика. А если политика – то кому она выгодна и кем может направляться?

В то, что политика этой маленькой страны может направляться руководителями этой страны, никто не верил. Маленькие страны не имеют своей политики. Маленькие страны перекручиваются между жерновами сверхдержав. И продаются тем сверхдержавам. Одной, другой, третьей или всем вместе. Как та проститутка, которой без сутенера‑защитника – смерть.

Эксперты подняли историю страны – от древнейших до новейших времен, отсмотрели ее политику. Проследили все войны и межрасовые конфликты. «Разложили по полочкам» всех ее почивших и ныне здравствующих руководителей. Рассортировали все внутренние правящие и оппозиционные силы. Прикинули возможности и международные связи каждой…

И сделали парадоксальный вывод, что заявление Главы государства не имеет скрытого смысла. По крайней мере видимого.

Такое тоже иногда случается с правителями третьестепенных государств, от мнения которых решительно ничего не зависит. Но случается редко.

– Вы уверены в своих выводах? – спросили экспертов.

– В рамках той информации, которой мы располагаем. Для более глубоких выводов нам требуются дополнительные факты, касающиеся нынешнего политического, экономического, этнического и других положений страны.

– Подготовьте ваши вопросы. Мы постараемся на них ответить…

Российскому посольству, расквартированному в стране X, были направлены шифровки с поставленными экспертами вопросами. Теми же самыми и еще некоторыми другими вопросами, адресованными собственным и специально направленным корреспондентам некоторых центральных газет, которые все как один имели двойное образование. И двойной оклад, получаемый в двух разных кассах.

Дипломаты отправились на рауты. Журналисты в гущу народа. И те и другие по своим каналам направили добытую информацию в Москву.

Дипломаты сообщали, что в высших эшелонах власти заметно смещение настроений в сторону ура‑патриотизма и немедленного разрешения застарелых территориальных споров, непонятно чем вызванное. Патриотизм всегда отвечал характеру этой страны, и неразрешенные территориальные споры тоже были всегда, лет сто пятьдесят. Отчего их вдруг надумали решать не позже чем в ближайшую пятницу, было совершенно непонятно. Но ходили упорные слухи, что теперь это стало возможно. На вопрос: отчего теперь, а не раньше, высокопоставленные чиновники разводили руками и ссылались на авторитет Главы государства, который будто бы где‑то кому‑то не более чем несколько дней назад конфиденциально сообщил, что существовавшие до того политические предпосылки резко изменились и теперь их страна сможет разговаривать с другими странами на равных, как того требует их имеющее тысячелетнюю историю национальное самосознание…

Народ знал больше. Народ говорил, что теперь конец их многочисленных врагов близок. Что теперь стараниями вождя у них есть такое оружие, которого убоится всякий недруг. А если не убоится и не пойдет на попятную, то погибнет…

Дипломаты и корреспонденты высказали осторожную мысль, что речь идет о возможности приобретения данным государством ядерного оружия.

Эксперты обработали вновь поступившую информацию и согласились с выводами дипломатов и корреспондентов.

Да, атомное или любое иное равное ему по поражающей мощности оружие могло вызвать подобные заявления Главы государства. Он мог поменять устоявшийся внешнеполитический курс, если получил или предполагает получить в ближайшее время термоядерную дубинку. Вооруженная атомом держава перестает быть третьестепенной, даже если территориально и экономически она карликовая.