Миссия выполнима – 8

– M‑м… Очень хорошо. Просто замечательно. Даже обидно, что такому великому спортсмену приходится влачить столь жалкое существование. Неправильно это!

Кстати, могу предложить вам одну халтурку. Тут ребята искали… Платят они хорошо. Так платят!..

Спортсмены отказались от неуклюжих армейских “сэвэдэшек”, предпочитая использовать привычное им оружие.

– Мне бы лучше австрийскую винтовку фирмы “Штейер‑Даймлер‑Пух”. Я с ней когда‑то “на Европе” золото взял. Ну или, в крайнем случае, “маузер”…

Спортсмены тренировались, получая за каждый день “сборов” очень приличные деньги, быстро привыкая к мысли, что придется стрелять в людей… Тем более что в окуляре “оптики” это выглядит не так страшно, как если бы ножом по горлу…

Вторым потоком шли офицеры‑запасники с опытом участия в боевых действиях.

– Сколько раз вы стреляли из гранатомета?

– Кто – я? Без счету.

– Из чего?

– Как из чего? Ну ты же сам сказал, из гранатомета!

– Из какого? Они разные бывают – “РПГ 7, 16, 18, 22”.

– Вот из всех этих номеров.

– На полигоне или в реальных боевых?

– Да везде! Я знаешь, в каких передрягах бывал? Я в таких передрягах бывал, что всех в лапшу, я один живой остался. Во как!

– Тогда скажите, чем отличается “муха” от “таволги”?

– Чего?..

– “Муха” от “таволги”?

– Ну так это… это дураку понятно! Муха – насекомое. А таволга – кажись, птица.

– Спасибо. Мы найдем вас. После.

– Эй, мужик, ты же говорил – во Франции служить, в Иностранном легионе!

– Конечно. Мы запишем вас номером пять в список и вызовем повесткой… Следующий…

– Вы офицер?

– Был офицер.

– Участие в боевых действиях?

– Абхазия, Чечня. Командир взвода, потом роты. Списан по ранению.

– С гранатометами “РПГ 16, 18, 22” знакомы?..

– И еще с “РПГ 26, 27”. Со всеми.

– Что общего между “мухой” и “шмелем”?

– Ничего. “Муха” – гранатомет, “шмель”, если это “РПО‑1”, – одно, если “РПО‑2” – многоразовый реактивный огнемет…

Следующий…

– Вы имели дело с гранатометами?

– Что?

– Из гранатометов когда‑нибудь стреляли?

– Что?!

– Из гранатомета?..

– Я плохо слышу правым ухом, говорите вот сюда, в левое…

Этот стрелял, этот много стрелял, и так понятно…

На полигоне, но так, чтобы стрелки не видели друг друга, провели испытательные стрельбы.

Этот.

Этот.

И, пожалуй, этот…

Кадры набирались, составляя вполне боеспособное подразделение. Которое пора было бросать в бой. Но бросать втемную, так, чтобы они, не зная о том, что на “поле боя” есть кто‑то, кроме них, подстраховывали друг друга.

– Вы будете находиться здесь, в десяти метрах левее вот этой группы деревьев. Огонь откроете по моей команде…

И через пять минут, в соседней комнате:

– Вам следует залечь в сорока метрах от дороги, за грудой строительного мусора… Еще через четверть часа:

– Вам…

Еще через час:

– Вы…

 

* * *

 

Ожидаемые цели появились неожиданно.

На пустырь въехали две машины – вначале казенного вида “Волга”, через пару минут вслед за ней обычные “Жигули”‑“шестерка”.

Так это, оказывается, “стрелка”, сразу поняли все. Но каждый понял по отдельности, потому что был уверен, что находится здесь в единственном числе.

Из машин вышли люди и двинулись навстречу друг другу. Не доходя двух шагов, остановились. Ближе ни те, ни другие не подошли и рук навстречу не протянули. Потому что собрались здесь не на пикник.

В окулярах прицела их было видно очень хорошо – один растерянный, дергающийся, нервно сжимающий кулаки, рядом с ним чуть более уравновешенный, но все равно заметно нервничающий, напротив два других – крупных, совершенно спокойных, уверенных в себе, короткостриженых мужчины. По всей видимости, они напирали, потому что их собеседник суетился все больше.

Снайперы тоже нервничали. Не все, только те, что были со спортивными винтовками. Те, что с “сэвэдэшками”, были безразличны к происходящему – их указательные пальцы расслабленно торчали в спусковых скобах, их пульс не частил, оставаясь таким, каким был раньше. Для них такая работа была не впервой.

– Приготовьтесь! – скомандовал Резидент, подняв к лицу радиостанцию.

Скомандовал всем вместе. Но каждый подумал, что только ему.

Указательные пальцы нащупали спусковые крючки, обняли, мягко потянули их назад, до упора, до последнего упора, за которым должен был последовать выстрел. Перекрестья рисок в окулярах прицелов зафиксировались на целях.

– Внимание!..

Пальцы напряглись…

Люди в кругах прицелов передавали друг другу какие‑то бумаги, показывали в них пальцами, расписывались…

– Огонь…

Указательные пальцы дожали спусковые крючки, освободившиеся, сорвавшиеся под напором пружин вперед бойки накололи капсюли, которые воспламенили в гильзах порох, и образовавшиеся в результате микровзрыва газы толкнули вперед пули.

Выстрел!

“Цель” дернулась назад, всплеснула руками и упала.

И вторая упала!

И еще одна!..

Все четыре присутствовавших на встрече человека были мертвы.