Миссия выполнима – 8

На чем возможности подполковника Максимова исчерпались. Продолжать заниматься самодеятельностью дальше было нельзя. Попросту опасно! Он и так уже таких дров наломал… Остается сделать вид, что ничего не было, ни взрывающихся мобильников, ни без вести пропавшего капитана Егорушкина, ни наездов на предпринимателей… ничего. Все забыть и спустить дело на тормозах…

Нет, забыть вряд ли удастся – круги по воде уже разошлись, и рано или поздно они дойдут до начальства. После чего его вызовут на ковер, и придется оправдываться.

Нет, это не подходит.

А если выйти на них сейчас? То… То, конечно, тоже схлопочешь, но уже по другой статье – за чрезмерное служебное рвение. А там как повезет…

Похоже, придется сдаваться. Тем более что другого выхода не осталось. Теперь – не осталось!

Подполковник пододвинул к себе чистый лист бумаги, написал в верхнем правом углу должность, звание и фамилию непосредственного своего начальника, написал свои звание, фамилию и инициалы, перенес ручку на середину листа и крупно, с нажимом вывел слово – Рапорт.

И все, и будем считать, что пути отступления отрезаны, что мосты сожжены!..

 

Глава 12

 

Покушение на директора Заозерского завода не прошло даром. Ни для самого директора, ни для возглавляемого им предприятия. Сидящим на проходной и в заводоуправлении вохровцам устроили боевые стрельбы и учения, максимально приближенные к боевым.

Пятидесятилетние бабушки, кряхтя и проклиная судьбу, ползали в телогрейках и повязанных поперек поясниц шалях по пересеченной местности и стреляли из револьверов системы “наган” образца тысяча восемьсот девяносто пятого года.

– И вот это вы называете охраной? – возмущался директор.

– А что? Это они с виду такие, а на самом деле ого‑го, мышь не пропустят.

Директор начал подбирать себе охрану.

Первыми пришли наниматься сомнительного вида личности с синими от татуировок руками и торсами и нависшими над подбородками лбами.

– Это тебе, что ли, охрана нужна?

– Мне, да, но…

– Ты че, в натуре, сомневаешься, что мы кому угодно башку как куренку?..

– Нет, не сомневаюсь.

– Ну тогда давай, пиши бумаги, начальник. Мне – ксиву и шпалер Серому шпалер и отмазку от ментов.

– Так вы что, еще и в розыске?

– А тебе не один хрен?..

Вторым заходом пошли выдворенные в отставку милиционеры. Которых тоже более всего интересовали “стволы”. Даже больше, чем деньги.

Периодически забегали ветераны больших и малых войн. Трясли справками, медалями и контуженными головами и говорили, что если дать им “АКМ” и пару гранат, то ни одна сволочь… Когда им отказывали, они впадали в транс и, пуская изо рта пену, грозились спалить завод…

– Так, все, местные кадры нам не нужны, – заключил директор. – Будем нанимать профессионалов.

И отправился в областной центр. Не в этот областной центр, в другой, на другом конце страны. Где прошел по охранным агентствам и по военкоматам, возле которых толклись добивающиеся причитающихся им боевых наград контрактники.

– Где вы работали до поступления в охранное агентство?

– Я не работал, я служил. В армии.

– Где конкретно?

– В частях специального назначения.

– Боевой опыт есть?

– Есть – Афганистан и Босния…

– Ваша военная специальность?

– Снайпер.

– Сколько на счету бойцов противника?

– Видите ли, я не участвовал…

– Спасибо, вы свободны!

– Но я брал призы на окружных соревнованиях!..

– Это не имеет значения.

Люди, умеющие стрелять по мишеням, директору были не нужны. Мишень – это бумага, наклеенная на фанеру. Ему не нужны были стрелки по фанеркам. Ему нужны были бойцы.

– Где служили?

– В КГБ.

– Где конкретно в КГБ?

– В Девятке…

Отобранных претендентов директор вывез на полигон. Вывез в Закавказье, где тут же, на базаре, прикупил необходимое оружие.

– Задача будет такая – десятикилометровый кросс по пересеченной местности, полоса препятствий, стрельба из положения лежа, стоя, в кувырке, учебный бой, спарринг…

Я в этом деле понимаю не очень, а вот он, – показал на внушительного вида мужчину в гражданском, нанятого на один раз за три сотни на вокзале, – профессиональный инструктор и сможет оценить вашу работу и дать мне рекомендации.

Мужик с вокзала с умным видом кивнул.

– Тот, кто первым придет к финишу, получит пять тысяч долларов. Кто опоздает – с тем мы распрощаемся. Так что сачковать не советую.

Все оживились.

– Начали!

За пять тысяч баксов бойцы не давали поблажки ни себе, ни другим. Они бежали на пределе сил, без раздумий ныряли в рвы с вонючей водой, разбивали друг другу лица в жестком, в полный контакт, спарринге… И сразу было видно, кто на что способен. И дело было совсем не в скорости, было в личностных качествах, кто‑то мог прийти последним, но, идя последним, не сдавался, хотя, казалось бы, все проиграл. Кто‑то был слабее в рукопашке, но не отступал, лез на кулаки заведомо более сильного противника.