Миссия выполнима – 8

Сто…

Но, на сто первый, вдруг…

– Да, вот этот… этого я, кажется, знаю. Это Сергунов. Он в спецназе взводом командовал.

– А кто был его командиром?

– Командиром? Кажется, подполковник Крашенинников. Да, точно, Крашенинников!

– А где он теперь, не знаете?

– Поговаривали, что его потом куда‑то в округ перевели или в министерство… В общем, на повышение пошел.

А зачем он вам?

– Он может адрес родственников Сергунова знать. Все‑таки бывший командир.

– Может, и знает…

Господин ненароком вытащил из кармана еще одну пачку долларов. Но на стол не положил, держал в руках.

– Если бы кто‑нибудь мог мне помочь…

– Я, кажется, знаю, что делать! Надо о нем Мишку Тулина спросить. Он как‑то по пьяному делу хвастался, что этого Крашенинникова в министерстве встретил в генеральской форме. И что вроде они это дело даже отметили. Вам Тулин нужен…

Тулин оказался мрачноватым и малоразговорчивым типом. Когда на трезвую голову. А вот после “первой”, за ней сразу же второй и тут же третьей оказался очень даже ничего парнем.

– Ну да, видел, прямо как тебя теперь, – припомнил Тулин. – Примерно год назад. Он теперь каким‑то складом командует. Хотя и генерал. Я даже тогда удивился, это что же за складище должен быть, чтобы им генералы заведовали? Там у него или бомбы ядерные хранятся, или спирт! Это я тебе точно говорю!..

– А фотографии этого генерала у тебя случайно нет?

– Генерала‑то? Генерала Крашенинникова – нет. И, выждав долгую паузу и насладившись отчаянием собеседника, добавил:

– Генерала Крашенинникова нет! А вот подполковника Крашенинникова есть. Только она общая. Оттуда, из Афгана…

– Это ничего, главное, что есть…

Дальше было несколько возможностей.

Первая – сидеть с фотографией возле входа в Министерство обороны и ждать, когда генерал из него выйдет или в него войдет. Правда, неизвестно, сколько ждать.

Вторая – обзвонить всех Крашенинниковых в городе, чтобы среди них опознать единственного нужного. Для чего просто набирать номер и в лоб спрашивать:

– Генерал Крашенинников?!

Тот, кто будет генералом, естественно, скажет да. А что скажет потом, уже не суть важно. Правда, это дня три на телефоне висеть придется.

А хочется побыстрее.

Значит, остается рискнуть…

На внутренней АТС главного здания Министерства обороны раздался звонок.

– Инспектор пожарной охраны Пилепенко. Тут такое дело, можно сказать, пожарное, мне одного вашего генерала найти надо. Крашенинникова. Который то ли завсклад у вас, то ли еще чего.

– Обратитесь в бюро пропусков.

– Да то долго будет. А мне надо быстро. У него, понимаешь, дача теперь горит. А на даче решетки и дверь во такая, с палец, железная.

– Ну и что?

– Как что? А в даче кто‑то орет. Может, его жинка, может, еще кто. Я не знаю. Она орет, что ключ где‑то на крыльце спрятан, только она не помнит. Она орет – генерал помнит.

Вот мне и сказали, чтоб я ему сказал, чтобы он сказал, где ключ лежит.

– Так у генерала дача горит?!

– Ну так, а я вам тут про что толкую? Скоро совсем сгорит. Вы, девочки, помогите, ладно?

– Как фамилия генерала?

– Крашенинников А.С.

Девочки быстро о чем‑то друг с другом переговорили.

– Генерал Крашенинников здесь больше не работает.

– Так что же теперь делать?

– А вы попробуйте позвонить вот по этому телефону… Он там бывает…

Инспектор записал номер.

Он звонил не только этим “девочкам”, но и другим, он звонил по многим министерским телефонам, но сработал именно этот.

– Вот спасибочки. То есть я туда звякну, и мне сразу Алика Саламатовича к трубке пригласят?

– Какого Алика?..

– Как какого? У которого дача горит, Крашенинникова!

– Никакой он не Алик.

– Так это не ФСБ, что ли?

– Какое ФСБ – Министерство обороны!

– Да вы что?! Тогда мне не этого генерала надо, тогда того…

Остальное, как говорится, было делом техники. Радио, инфракрасной, оптической и прочей, прикупленной Резидентом за “нал” у охранных структур, для наблюдения за воинской частью, которой командовал генерал Крашенинников.

Вот оно – “хозяйство” загадочного генерала.

На первый взгляд ничего необычного – бетонный, составленный из отдельных плит, забор, ворота, КПП, большая трехэтажная из белого кирпича казарма, столовая, плац, котельная с торчащей вверх черной железной трубой…

Часть как часть.

Но в том‑то и дело – что часть! А по документам проходит как склад. Хотя складских помещений, подъездных путей, лебедок, шлагбаумов, пожарных щитов, знаков ограничения скорости, емкостей с ГСМ и прочей складской атрибутики не имеет. И обычной для складов гражданской бухгалтерской обслуги не имеет. И что уж совсем удивительно и просто невероятно, по территории склада не слоняются прапорщики, хотя общеизвестно, что они липнут к материальным ценностям, как мухи… не важно к чему. Недаром солдатская мудрость гласит – “все, что сделано народом, принадлежит прапорщикам”.