“Практическое пособие по охоте за счастьем”

Приходит в часть какой-нибудь таджик или киргиз, по неосмотрительности спустившийся из далекого аула в райцентр за солью и по той причине призванный на действительную воинскую службу, и с порога заявляет:

— Я ваш русский язык не знай и делать ничего не умей. Только баранов пасти. И то высоко в горах.

И действительно, не знает и не умеет.

Ну и что с ним теперь делать, не домой же обратно отправлять?

Поэтому кто-нибудь из офицеров просит кого-нибудь из сержантов обучить новобранца по-быстрому русскому языку.

— Есть! — отвечает сержант.

Берет того таджика за ремешок и отводит за казарму. Где доступными ему методами разъясняет некоторые наиболее употребимые идеоматические обороты русского устного. Как то: на…, в…, к…, направо, налево, стой.

Глядишь, через месяц таджик болтает по-русски и паяет микросхемы. А говорил — только баранов могу. Чего прибеднялся? Все он может.

И все могут. Согласно поговорке: «Не может — научим, не хочет заставим». Каждый в отдельности может, и уж тем более все вместе. Хоть Беломорканал штыковой лопатой выкопать, хоть в космос слетать, хоть мировую войну выиграть. А то вы не знаете, как это делается.

Элементарно! К примеру, отсчитываем каждого десятого из бежавшего с поля брани подразделения и публично, перед строем расстреливаем. А родственников репрессируем. И это еще по-божески, иногда отсчитывают каждого второго.

Нет, это не Сталин придумал, это с доисторических времен повелось, от Македонского, от татаро-монголов. А как иначе заставить человека преодолеть страх смерти?

Только так! Только выбив клин клином, подменив смерть смертью.

Короче: раз, два, три, четыре, пять… десять. Выходи!

Это неважно, что тот десятый сражался до конца и отступил последним, положив кучу врагов. Жребий есть жребий. Шагай к стене. Чтобы первый и девятый поняли, что выгоднее погибнуть там, в бою, имея шанс стать героем, чем еще неизбежней в тылу, но уже в ранге предателя.

Такая методология. Жесткая. И потому действенная.

Интересно, что будет, если ее использовать на гражданке?

Кто чего там не может? Работу найти не может? Денег для пропитания? А я говорю — может! И не то что на пропитание, а хоть сто тысяч сразу! Через неделю!

— Да что вы такое говорите? Да откуда у меня такие деньги? У меня ста рублей не найдется. Для меня что тысяча, что миллион, да я в долгах как в шелках…

А тот злодей не слушает, считает каждого десятого, ведет к стенке и стреляет. Или делает вид, что стреляет. Ну и что будет через неделю? Деньги будут, по сто искомых тысяч с человека.

Я не знаю, где они их возьмут — продадут все с себя до последней нитки, выиграют в карты, украдут… Я только знаю, что эти сто тысяч будут! Потому что стимул очень серьезный — жизнь.

Когда ее берут оптом, то есть теперь, сразу и всю, вон у той кирпичной стены.

А когда незаметно, по минутам, месяцам…

Нет, я не сторонник подобных репрессивных методов. Боже упаси! Я только хотел на их примере показать, что возможно все.

Ну ведь действительно возможно — и иностранный язык выучить, и золотую медаль получить, и сто тысяч добыть, и Родину от ворога защитить…

Так почему, если возможно все, мы тем не менее ничего не делаем? Почему братки или сержанты могут заставить нас добиться чего угодно, а мы сами не способны?

Почему?

Почему те счастливцы в телевизоре смогли, а вы нет?

Иванов, Петров, Сидоров из своих медвежьих углов на божий свет выбрались, а вы сидите. По уши…

Михаиле Ломоносов, деревенский полуграмотный мальчик, чуть не с края земли, с Беломорья, с рыбным обозом до Москвы добрался! Не жрамши досыта, не спамши, рыбьим жиром насквозь провоняв, но добрался и добился чего хотел! В историю вошел!

А вы…

Вам даже обоза ждать не надо. У вас каждый день в столицу поезда ходят, самолеты летают. И университетов с тех пор поболе стало… Всего-то дел билеты подучить и билет купить… Что, в голову не приходило?

Отчего это мальчишке Ломоносову пришло, а вам нет?

Оттого, что вы себя ниже Ломоносова ставите, ниже студентов того университета и даже ниже абитуриентов, которые, в отличие от вас, решили рискнуть.

А вы чему сокрушаетесь? Поздно в университет? Ничего не поздно. Некоторые в семьдесят лет на первый курс поступают! А в сельхозакадемию какой-то начинающий фермер даже в восемьдесят пять умудрился!

Неужели их пример вас не убеждает?

Ах уже есть образование…

А степень, для начала кандидатская?

Нет степени? Тогда вам прямая дорога в аспирантуру.