“Практическое пособие по охоте за счастьем”

Короче, поехала она в эту Италию. За свой счет, дополнительным местом, но поехала. Но только не туда, куда все. Все — в вуз. А она искать свою звезду.

Которую нашла! И куда хотела — уложила, и все, что хотела, — получила.

Конечно, слегка разочаровалась, не без этого, потому как в мечтах представляла совсем другое, что-то очень возвышенное, искрометное, героическое, с песнями, танцами и фейерверками в стиле любимых кинофильмов.

А тут — просто нормальный мужик.

Хотя это с какой стороны посмотреть. С той стороны, с какой она посмотрела, может, и просто, а с той, с которой мы смотрим, — кумир.

Так девочка, не хватающая с неба звезд, одну все-таки к себе в постель затащила.

Не буду дальше описывать все приключения той девушки. Скажу итог. Она работает на одном из каналов Итальянского телевидения. На не самом последнем канале. В не самой маленькой должности. Теперь не она, теперь звезды подле нее выплясывают, чтобы свой клип в эфир протолкнуть. А рядом с ней на подушке такой…

А все почему? Потому что в процессе движения к своей цели выработала массу приемов, позволяющих добиваться того, что хочешь. И добивалась. И добилась.

Вот так.

А была простой девочкой из Тамбова, которой ничего, кроме Тамбова, не светило.

Почему простая девочка из Тамбова могла, а вы нет?

Почему?!

Еще раз повторю — нет ничего невозможного! На своей шкуре убедился. Мы пустыни на велосипедах пересекали. Песчаные пустыни, на велосипедах в июле, в пик жары, с грузом семьдесят килограммов на багажнике! Попробуйте проехать на пустом велосипеде где-нибудь по пляжу или детской песочнице. Не очень? А там барханы. И жара 40–50 градусов в тени, а где ее возьмешь, когда едешь на велосипеде? Такая жара, что, когда лежишь в тени недвижимо, пульс зашкаливает за 150. Даже лежать — работа на пределе возможностей! А здесь надо еще ехать, груз тащить, причем почти голодом (так как груз — это, считай, одна вода), хронически недосыпая, недопивая…

В общем, невозможно это. Умереть мы должны были, двадцати километров не одолев. А мы — тысячи проехали. Совершенно не будучи спортсменами-олимпийцами. Будучи случайными людьми.

Как?

А черт его знает. Просто деваться было некуда. Или крути педали, или… Нельзя там было сойти с дистанции, невозможно. Можно было только умереть. Или выжить. Вот и доехали.

После тех пустынь я точно знаю, что человек может все. Любой человек все. Только надо поставить себя в обстоятельства, когда другой альтернативы нет. Когда отступать некуда.

Хоть даже искусственно.

Когда хочешь не хочешь, а деваться некуда!

И такое я наблюдал. И тоже в армии. На армейском пересыльном пункте, где в одном большом зале, прямо на полу, расселись две тысячи призывников и ждали, когда их развезут по частям. Периодически в зал заходили «покупатели», чтобы выбрать себе тех или иных специалистов. Кричали:

— Киномеханики есть?

— Я киномеханик! — орал в ответ сидящий рядом со мной парень, лет на пять старше меня и раз в двадцать умнее. Как я потом понял.

— А корочки есть?

— Есть. Только не здесь, дома. Я матери напишу, она пришлет.

Нет, не взяли без корочек. И новый крик:

— Художники есть?

— Есть! Я художник.

Опять он!

— Оформитель?

— Оформитель.

— Училище заканчивал?

— Нет, но могу, работал.

Опять не получилось.

— Повара есть? Откликнитесь.

— Я — повар.

— По специальности работал?

— А как же…

— Электрик нужен!

— Есть электрик. Я — электрик.

— С допуском?

— С допуском… Мать пришлет…

Смотрел я на своего соседа и диву давался. Это же надо, какой развитой парень, ну все может: и варить, и рисовать, и кино крутить. Талант. Уникум.

— Ты что, действительно все это можешь? — спросил я его.

— Да ни черта я не могу.

— А зачем же тогда ты кричишь?

— Затем! Чтобы из этой толпы выпасть, чтобы одному специалистом пойти. А там — научат, тот, кто на дембель хочет пораньше уйти, — научит. Пару раз по морде съездит, но научит. Никуда я не денусь.

Так он и ушел, специалистом с перспективой получения непыльной должности. А я вместе со всеми, одним из всех. Армейским быдлом.

Дурак был, за что и получил. И от чего поумнел. И теперь тоже готов кричать:

— Есть танцоры, я танцор.

И киномеханик!..

Ерунда, не смогу — научат, не захочу — заставят. Затанцую, еще так затанцую, что любо-дорого!

Отсюда мораль. Мы искусственно занижаем планку наших целей и возможностей, а потом удивляемся, отчего нет рекорда. Да откуда ему быть, если мы изначально боимся брать на себя ответственность и боимся перетрудиться? Собираясь стать чемпионом мира по прыжкам в высоту, тренируемся, подняв планку на десять сантиметров от пола. И, довольные собой, перешагиваем ее туда-сюда, туда-сюда…