Ревизор 007

Они уже не били, уже убивали, хотя заказ был на драку.

И лучше бы, если бы убили. Для дела лучше. Смерть вызовет больший резонанс, чем просто избиение.

Убийство журналиста не было жестокостью, было одним из способов достижения желаемого результата. Цель оправдывает средства, так внушали Ревизору в Учебках и внушали многочисленные Кураторы. Когда речь идет об интересах государства, человеческая жизнь не в счет. В том числе его, Ревизора жизнь.

Журналиста несколько раз ударили сверху, каблуками ботинок в лицо. Потом разорвали и запихали в окровавленный рот газету.

Ревизор с ближайшего телефона‑автомата вызвал «Скорую». Раненого доставили в больницу, но было уже поздно. Журналист умер, не приходя в сознание.

По городу поползли хорошо оплаченные слухи, что власть расправилась с неугодным ей журналистом. Что было похоже на правду. Его убили сразу после выхода статьи, свидетели слышали выкрики убийц и видели, как ему совали в рот газету, но самое главное, сразу после убийства в редакциях газет раздались звонки анонима, угрожавшего новой расправой, если журналисты не угомонятся.

Теперь журналистов не надо было погонять, теперь их было впору сдерживать.

Популярность действующих политиков упала ниже пределов, при которых заговор мог состояться. Никакие ухищрения не могли реанимировать рассыпающуюся по кирпичикам пирамиду власти. Белые терпели поражение по всему фронту.

– Безнадежно, – подвел безрадостный итог Сценарист, – безнадежно заниматься латанием дыр в рассыпавшемся по швам кафтане. Он все равно расползется.

– Неужели все так плохо?

– Еще хуже. И дело даже не в рейтингах. Мы утратили главное – инициативу. Когда – не знаю. Но знаю, что нас опережают на много ходов вперед, навязывая условия игры. Их условия.

Тот, кто догоняет, неспособен обогнать.

– Мы можем изменить ситуацию?

– Наверное. Если узнаем, кто инициировал все эти события. И кто их заказал.

– Это возможно?

– Возможно все, были бы время, деньги и люди.

– Деньги и люди есть, а время… Время придется найти.

 

Глава 50

 

Круг поисков определился быстро. Журналисты. Они начали это дело и, значит, должны знать заказчика.

– Тот; кто заварил эту кашу, тот ее и должен расхлебывать.

– Они ничего не скажут.

– Нам, может, и не скажут. Но я знаю человека, который сможет их разговорить, который сможет разговорить кого угодно…

Человеком, который мог разговорить кого угодно, был Начальник службы безопасности. Был Тритон.

Три столь разные силы объединились против неизвестной, четвертой, дополнили друг друга и усилили друг друга, образовав триединый союз. Теперь у них было то, чего недоставало каждому в отдельности – была власть, был изощренный ум и была жестокость. Теперь они могли одолеть кого угодно.

Первыми жертвами следствия стали журналисты. Тритон, не стал церемониться с ними. Он действовал так, как привык. Двух написавших разоблачительные статьи писак затолкали в машину и вывезли в охотничий домик. В домике были только Тритон, охрана и журналисты.

Тритон бросил на стол несколько листов бумаги и ручку.

– Пишите.

– Что писать?

– Заявление. «Прошу уволить меня по собственному желанию…»

– Но мы не собираемся…

– Я – собираюсь!

Тритон приблизился к журналистам и ударил одного из них кулаком в лицо. На стол, на бумагу, брызнула кровь. Второй журналист испуганно смотрел на расправу.

– Дайте им другую бумагу… Пишите. Журналисты написали заявления.

– Теперь записки домой.

– Какие записки?

– Что вы устроились на новую работу, срочно уехали в командировку и просите не беспокоиться.

– Чего вы добиваетесь?

– Это потом. Вначале записку.

– Мы не будем писать.

– Будете. Или я привезу сюда ваших детей.

Журналисты, стиснув зубы, написали под диктовку записки.

– Ну а теперь поговорим. Кто вас надоумил написать эту чушь?

Ткнул в лица авторов газеты с их статьями.

– Кто?!

– Никто.

– Держите меня за идиота? Кто вам дал материал?

– Мы не обязаны раскрывать своих информаторов.

Тритон усмехнулся. И приказал принести тиски. Обычные, слесарные, в которых зажимают железные детали. Тиски принесли и прикрутили струбциной к столу.

– Даю вам три минуты.

Журналисты молчали. Они не верили, что он решится…

Зря не верили.

– Давай.

Охранники схватили одного из журналистов в охапку, подтащили к столу, с силой вытянули руку, пропихнули палец в тиски. Тритон быстро подкрутил винт, сужая щель. Сделал оборот, второй, третий. Железо обжало палец. Журналист испуганно замер.

– Не надо…

– Это тебе решать.

Сделал еще оборот. И еще. Журналист вскрикнул. Вздувшаяся кожа бугром выпирала из щели тисков.

– Будем продолжать?

– Не надо!..

– Тогда говори. Говори, кто тебя надоумил? Кто?

– Я прошу, не надо…

Винт сделал еще оборот. Тритон нажал сильнее. Раздался хруст.

– Мне больно!

– Кто дал материал?

– Больно‑о‑о!

Винт провернулся на треть. Хруст усилился. На тиски, на пол часто закапала кровь.