Ревизор 007

Но не смог. Тошнота усиливалась с каждой минутой.

Он заподозрил неладное. Подумал, что его отравили. Только кто? Он не употреблял непроверенных продуктов. Встречался только с близкими, которым доверял, людьми.

Он вызвал секретаршу. Хотел попросить ее пригласить врача, но его вырвало. Прямо на стол. На подготовленные к просмотру документы.

Испугавшаяся до полусмерти секретарша вызвала «Скорую помощь». Шефа увезли в больницу. В сопровождении эскорта машин охраны.

В приемном покое врачи выслушали жалобы секретарши. Осмотрели больного.

– Что с ним? – спросил начальник охраны. Врачи пожали плечами.

– Может, его отравили?

– Как отравили? – удивились врачи. – Что вы такое говорите?

– Знаю, что говорю! В его кругу такое случается. Часто.

– Ну если вы так считаете…

Больному влили в глотку три литра теплой воды, промыли желудок.

– На первый взгляд ничего подозрительного не видно, – сказали врачи, осмотрев выплеснувшееся содержимое желудка.

– Отчего же он такой? Никакой?

– Может, грипп? Или осложненное ОРЗ?

– С потерей сознания? Есть у вас тут кто‑нибудь соображающий? Какой‑нибудь профессор?

– Есть. Но он занят.

– Он должен быть здесь.

Начальник охраны вытащил из кармана пачку долларов.

– Я прошу вас передать ему мою просьбу. Профессор пришел через минуту.

– Где больной?

– Вот он.

– Разденьте его. Больного раздели. Донага.

– Ничего не понимаю.

– Что, профессор?

– Работа больного не связана с открытым огнем?

– Нет. Она связана с деньгами.

– Вы не знаете, он не получал в последнее время ожогов?

– Нет.

– Тогда совсем ничего не понимаю. Вот смотрите, – ткнул профессор пальцем в спину больного. – Видите? Это ожог!

Явный ожог. Откуда он мог взяться?

– Я не знаю.

– Погодите, погодите. Это не просто ожог. Этот ожог noхож… Этот ожог похож на лучевой ожог!

– На что?

– На ожог, вызванный сильной дозой радиации! У меня такое впечатление, что он…

Начальник охраны, ничего не сказав, по‑военному развернулся на каблуках и вышел.

– Дозиметр! – коротко сказал он, появившись в банке. Нашли, принесли дозиметр. Положили его на кресло шефа. Прибор зашкалил!

– Четыреста рентген в час!

– Сколько?!

– Четыреста.

– Е‑о! Как в Чернобыле!

– Дайте мне лом! – приказал начальник охраны. – Скорее дайте мне лом!

– Лом? Зачем лом?

– Я сказал лом! Быстро!

С пожарного щита в подвале сняли лом. Принесли бегом.

Начальник охраны перехватил лом и двумя руками, сверху, обрушил его на кресло.

И еще раз!

И еще…

Кресло под ударами разваливалось на куски. Вначале отлетели ножки, потом подлокотники, спинка…

Из‑за разодранной в клочья кожаной обивки выпал какой‑то небольшой сверток. Выпал и откатился в сторону.

– Этот? – спросил начальник охраны. Поднесли к свертку дозиметр.

– Он! Он самый! Источник излучения…

– Суки! – тихо сказал начальник охраны и, резко повернувшись, вышел из кабинета…

Глава банковского дома «Региональный кредит» умер к вечеру.

Небольшую дозу получила уборщица, убиравшая кабинет. Гораздо большую – рабочие, переносившие кресло. Самую большую – секретарша и зам шефа по кадрам. Которые, сидя в фонившем кресле, занимались любовью в кабинете шефа…

– Работа сделана, – сказал в телефонную трубку поролоновый голос.

– Я уже знаю.

– Вы удовлетворены?

– Вполне. И хочу надеяться, что никто ничего не узнает.

– Можете быть спокойны! Это средство не оставляет следов. И не оставляет свидетелей.

– Хорошо. Я понял. Спасибо.

– Я открыл сберкнижку в центральной сберкассе. На прежнее имя. Запомните ее номер…

– Деньги будут переведены не позже сегодняшнего вечера.

– До свидания.

– До свидания…

 

Глава 9

 

Человек стоял в будке городского телефона‑автомата и набирал выписанные на лист бумаги номера.

– Вы давали объявление насчет сдачи квартиры?

– Да, давали.

– Значит, я тот, кто вам нужен.

– Но мы уже сдали квартиру.

– Значит, я не тот, кто вам нужен…

Новый номер.

– Я по объявлению. Насчет сдачи квартиры.

– Сдана! Еще один.

– У вас квартиру можно снять?

– Да, можно.

– У вас комнаты как расположены?

– В каком смысле?

– В смысле куда окна выходят?

– Во двор и на улицу.

– На две стороны?

– Ну да, получается на две…

Очень хорошо, что на две. Что можно попасть во двор, а можно на улицу.

– А не все ли равно, куда окна выходят?

– Мне – нет. Я люблю, когда день, чтобы солнце было. А когда утро – сумрак. Чтобы в разных комнатах по‑разному. В одной прохладно, а в другой светло.

– Ах, вот оно в чем дело. Тогда у меня хорошо. Как вам надо. Одна сторона северная, другая южная…

– Беру.

– Вам на какой срок?

– Пока на полгода. Можно?

– Можно хоть на год.

– Сколько просите?

– Пятьдесят долларов!

– Дорого берешь, хозяин.

– Ну это дело добровольное. Хочешь – бери. Не хочешь – не бери.

– Хочу. И, наверное, даже возьму.

– Деньги за три месяца вперед.

– За три много!

– Не хочешь…