Ревизор 007

Ну точно псих. Полный псих!

– Я перезвоню завтра.

– Не надо мне звонить. У меня нет времени разговаривать с сумасшедшими…

Глава администрации бросил трубку, сказал: «Идиот!» и тут же забыл о странном разговоре…

Но вспомнил. На следующий день. Когда ему позвонил начальник горотдела милиции:

– У нас ЧП.

– Какое?

– Убийство.

Удивить убийством человека, который имел доступ к крытой уголовной статистике, было мудрено.

– Тройное убийство.

Тройное убийство было серьезней просто убийства. Xoтя по нынешним беспредельным временам, тоже не сенсация.

– Спасибо за информацию. У вас что‑то еще?

– Нет. То есть да. Там одно обстоятельство… Поэтому решил позвонить сразу вам…

– Какое обстоятельство? Что вы мямлите?

– Дело в том, что этот потерпевший ваш знакомый.

– Мой знакомый? С чего вы взяли?

– Он ваш одноклассник.

– Как его фамилия?.

– Селиверстов.

Да кажется, был такой. В выпускном классе. Сидел на соседней парте. Был то ли шахматист, то ли хулиган. Но откуда об этом узнала милиция?

– Как вы узнали, что мы из одного класса?

– На месте происшествия была найдена выпускная школьная фотография. Селиверстов и, простите, вы были обведены черным фломастером, а рядом нарисован череп с костями.

– А другие?

– Другие – нет. Что за чертовщина!

– Как погиб Селиверстов?

– Проникающая черепно‑мозговая травма. И у жены тоже черепно‑мозговая.

– А кто третий?

– Их ребенок. Мальчик двенадцати лет.

– У него тоже?..

– Нет, мальчика задушили. Подушкой.

– Какие мотивы убийства?

– Пока не понятно. Из вещей ничего не пропало. Деньги и ценности на месте. Бизнесом Селиверстов не занимался, врагов у него не было.

– Может, это маньяк?

– Тоже не похоже. Следов насилия или издевательств нет. Он просто убил их. Маньяки действуют иначе. Более спонтанно, оставляют следы.

– А этот?

– Этот не оставил. Ни одного. Дверь вскрыта ключом или отмычкой. Отпечатков пальцев и других следов не обнаружено. Все ручки, полированные поверхности, орудие убийства тщательно протерты. Собака след не взяла… Такое впечатление, что действовал профессионал высокого уровня. Только непонятно, с какой целью профессионалу убивать простых людей…

Глава администрации слушал внимательно. И одновременно рассеянно. Потому что думал о своем. О вчерашнем звонке…

Неужели он?..

Неужели это тот псих, который звонил и предлагал свои услуги? И просил обратить внимание на милицейские сводки, посмотреть школьный альбом. Выпускную фотографию. На которой там, на месте убийства, черный фломастер обвел два портрета и нарисовал рядом череп и кости…

Не может быть! Ну не может…

Вот так запросто, ради доказательства своих возможностей убить трех человек, в том числе женщину и мальчика‑подростка!

Это каким надо быть!..

Или он такой и есть? Готовый на все псих…

Нет, не псих. Псих бы наследил. А этот нет. И даже милицейской собаке никаких шансов не оставил. Наверное, он действительно профессионал. И когда звонил – не шутил. И чтобы подтвердить, что не шутил, представил три трупа.

Что, конечно, доказательство. Страшное, кровавое, выходящее за рамки, но… доказательство! Наглядное свидетельство уровня профессиональной подготовки и готовности убивать. Нормальная реклама. Буклет, написанный кровью. Что впечатляет. И доказывает серьезность фирмы…

А раз так… Когда вечером раздался звонок прямого телефона, Первый был к нему готов.

– Хочу выразить вам свои соболезнования по поводу безвременной кончины вашего друга детства и одноклассника. Вы уже, конечно, знаете?

– Знаю.

– Тогда я хочу вернуться к нашему недавнему разговору.

Надеюсь, вы убедились в серьезности моего предложения?

– У меня есть некоторые сомнения…

– Я вас понимаю. Вы можете посчитать это случайностью. Там, на столе, должна быть фотография. И в ней выделены два портрета. Вы знаете, какие.

– Знаю.

– Я мог узнать о них только в одном случае. В том случае, если я там был. Я там был.

– Можно задать вопрос?

– Слушаю.

– Вы занимались подобной практикой раньше?

– Занимался. В других регионах.

В «других регионах» прозвучало многозначительно. И зловеще. Как будто это работа такая – ездить по стране, звонить первым руководителям и вручать им верительные грамоты в виде тел убитых одноклассников. Как коммивояжер. Торгующий смертью.

А может, действительно ездит?

– Если вам нужны еще доказательства?..

– Нет! – быстро ответил Глава администрации, вспомнив свою выпускную фотографию. – Я верю вам. И готов с вами сотрудничать.

– Тогда до встречи.

– Но как я смогу?..

– Я найду вас. Сам.

Контракт был подписан. Стороны проставили свои росписи. Не чернилами. Кровью ни в чем не повинных жертв. Сделка состоялась. Сделка Главы региональной администрации с дьяволом…

 

Глава 34

 

Он родился в рубашке. Потому что в отличие от многих других родился в «блатной» профессорской семье. Ожидавшая его жизнь была безоблачна и была расписана по годам. Как график движения поездов по железной дороге.

Он должен был с золотой медалью закончить школу, с красным дипломом престижный вуз, пойти работать в закрытое НИИ, стать мэнээсом, сдать на камэса по волейболу или классической борьбе, поступить в аспирантуру, защитить кандидатскую диссертацию, потом докторскую, получить квартиру с двадцатью дополнительными, положенными докторам метрами, запатентовать несколько изобретений, съездить в Штаты и Париж на научные конференции, получить Государственную премию, Звезду Героя Социалистического Труда и закончить жизнь членкором АН СССР и заведующим кафедрой в окружении любящих учеников и внуков.