«Киллер из шкафа»

– Слышь, похоже, кого‑то привезли… В дверь протиснулись несколько одинакового роста улыбчивых парней.

– Чего вам?

– Вы, что ли, здесь главные?

– Ну? А вы чего, покойника, что ли, притащили?

– Нет. Мы не с покойником. Мы за покойником.

– За каким таким покойником?

– Которого вам вчера привезли. Вот за этим, – показали парни фотографию. – Есть такой?

– Ну есть.

– Нам бы его осмотреть надо.

– Зачем?

– Опознать. Папа он наш. А мы родственники ему.

– Не… Сейчас нельзя. Это не просто покойник. Это стреляный покойник. Его без милиции нельзя.

– А если очень надо?

– Если очень надо, то тогда главврачу звоните. Или в отделение.

– А без главврача? И отделения? Если с вами договориться? – вытащил один из парней из кармана толстую пачку денег.

– Договориться, конечно, можно. Только там замок…

– А это на замок, – добавил парень еще пачку.

– Ну, тогда ладно. Раз папа. А вы родственники. В покойницкой парни развернули мертвеца лицом вверх и с силой раскрыли рот. Потом развернули на живот.

– Пусто.

– Тогда давай прибор.

Один из парней раскрыл сумку. Вытащил из нее фиброскоп.

– Где у тебя здесь электричество?

– Розетка? Там.

Парень подключил к сети прибор и затолкал в рот покойнику «шланг».

– Вы чего это делаете? – настороженно спросил санитар.

– Чего делаем?

– Ну в смысле в рот ему кишку толкаете.

– Ах это. Это он нашу фамильную драгоценность проглотил. Папа. А мама просила вернуть.

– А‑а… Тогда понятно.

Парень осмотрел желудок покойника.

– Ничего.

– Точно?

– Точно.

– Ну, тогда пошли… Извини, папаша. Ошибка вышла. Не наш это покойник. Чужой это покойник. Хотя и похожий. Так что ты никому об этом лучше не говори…

Парни ушли. Санитары закрыли дверь. Пересчитали деньги. И разлили по мензуркам недопитый спирт.

– Вот я же тебе и говорю – когда повезет, а когда не очень…

– Ну давай. Разливай. В дверь снова постучали.

– Кого это опять несет?

– Нам бы проконсультироваться.

– О чем?

– О покойнике одном. Который у вас.

– О каком?

– О том, что вчера поступил. С огнестрельными ранениями.

Санитары переглянулись.

– Без главврача нельзя.

– Мы вам будем очень благодарны. И визитеры показали через стекло пачку долларов.

– Открывай.

В дверь вошли несколько парней. Похожих на тех, первых, парней.

– Нам бы посмотреть…

– Папу?

– Ну да. Папу.

– Пошли за мной.

Санитар отвел парней в холодильник. И сразу подвел к нужному столу.

– Этот?

– Этот.

– – Розетка там.

– Какая розетка?

– Электрическая. Вам ведь розетка нужна?

– Нужна.

– Так вот она там…

Когда парни ушли, санитары вытащили спирт.

– Ну дела…

– И не говори.

– Ну, тогда давай за него.

– За кого?

– За того покойника. Который всем папа. И который всем так сильно нужен. Выпили.

– Слушай, а это как считается – повезло или не повезло?

– Сегодня? Сегодня – повезло. Еще как повезло! Чтобы за одного мертвяка двойной барыш! Такое редко бывает…

Глава девятая

Следователь по особо важным делам городского отдела милиции майор Старков Геннадий Федорович принимал дела у районного опера, ведшего предварительное расследование случившейся три дня назад коллективной, с использованием автоматического огнестрельного оружия мокрухи. Принимал с неохотой, по опыту зная, что вмешательство в расследование местного пошиба сыскарей только запутывает следствие. Потому что опыта у них чуть, а амбиций выше всякой меры. Потому что каждый из них, воображая себя Шерлоком Холмсом, вместо того чтобы собирать информацию, норовит изобличать убийц.

Следователь Старков слушал доклад и с отсутствующим видом перебирал разложенные на столе документы. Те, что были добыты в первые дни следствия его предшественником. Документов было много. Потому что потерпевших было тоже немало.

– Это отпечатки пальцев, обнаруженные криминалистами на месте преступления, – докладывал предшественник. – С северной стены. С восточной. Это с пола. Это с мебели. Со стекол. С ручек двери. С оружия…

– Чьи пальчики?

– Все – погибших потерпевших. Кроме одних…

– Дальше.

– Отпечатки подошв обуви на полу. Которые вляпались в кровь. В коридоре. На кухне. В комнате…

– Чья обувь?

– Покойников. Кроме одного…

Далее оружие.

Марки. Калибр. Номера. Отпечатки пальцев на рукоятках и рабочих поверхностях. Баллистическая экспертиза. Пули, извлеченные из тел убитых. Чертежи, изображающие предполагаемые траектории полета пуль…

Предметы, найденные в карманах убитых…

Кровь. Просто литры разлитой и размазанной по полу и одежде крови. Совпадающей по группе с кровью мертвецов…

Сомнительные, смазанные, нечеткие следы и полустертые отпечатки пальцев, которые могли принадлежать как потерпевшим, так и неизвестным злоумышленникам. И которые на этом основании были приобщены к делу…

В общем, следов в достатке. Но совершенно бесполезных следов. Потому что нет главного – установленных личностей потерпевших. И установленных личностей нападавших. Принадлежность трупов оставалась загадкой. Никаких документов при них не было. Об их пропаже никто не заявил. По архивам милиции в качестве преступников они не проходили. Их оружие ранее в преступлениях не использовалось. Соответственно нападавших никто из соседей не видел. Никаких выстрелов не слышал. И никакими сведениями не располагал.