«Киллер из шкафа»

Помощник передал фотографии. Которые одну за одной внимательно пересмотрел его шеф.

– Молодые.

– Да, практически все не старше капитанского возраста.

– Кто они?

– Неизвестно. То есть я хотел сказать, что личности погибших следствием пока не установлены. Вот запросы в картотеке. Вот ответы. Отрицательные ответы…

– А вами, вами установлены?

– Никак нет. Но проводится соответствующая работа.

– Какая?

– Я приказал размножить имеющиеся в нашем распоряжении фотографии с целью ознакомления с ними личного состава.

– Зачем с ними знакомить личный состав?

– Для опознания. На случай, если кто‑нибудь из них сможет узнать изображенных на фотографии людей.

– А если не сможет?

– Не могу знать!

– Вы бы еще теще своей эти трупы показали. Может, она их в очереди за хлебом встречала. И узнает.

– У меня теща не здесь, у меня теща в Ярославле живет.

– А так бы дали?

– Если последовал бы такой приказ. Петр Семенович внимательно посмотрел на своего помощника. Помощник был, конечно, исполнительный и преданный, чуть не десять лет за своим начальством по округам и весям болтался. Но был, как бы это сказать, не совсем инициативный. Вернее, вовсе не инициативный. Действующий строго в рамках отданного вышестоящим начальством приказа.

– Ладно, идите, Анатолий Михайлович. И пригласите ко мне Сивашова. Только не сюда. Домой. Сегодня. Часам к девятнадцати.

– Есть!

Ну и ладно, что тугодум. Главное, что преданный тугодум. Самое главное, что преданный. Все остальное не суть важно. Как показал печальный опыт – лучше недалекий, но свой в доску. Чем хорошо соображающий, но предатель…

Вечером на даче Петр Семенович повстречался с майором Сивашовым. Сыном одного из его старинных друзей. Который командовал специально под него созданным спецподразделением и отвечал за вопросы безопасности в ведомстве Петра Семеновича в служебное время и вне его ведомства в неслужебное. Вне ведомства отвечал хуже, потому что умудрился три раза подряд проштрафиться, провалив две операции на Агрономической и одну там, в морге. Впрочем, хоть он и проштрафился, заменить его все равно было некем. Потому что привлекать новых людей к делу по известным причинам не следовало. По известным Петру Семеновичу причинам…

– Здравия желаю, товарищ… Петр Семенович.

– Проходи. Зачем вызывал, знаешь?

– Догадываюсь.

– Неправильно догадываешься. Вливаний тебе больше делать не буду. Вливаний тебе хватит. Майор расслабился.

– Но один вопрос все‑таки задам. Как же ты так в морге маху дал? Снова?

– Не могу знать.

– Да, тебе, как видно, действительно оперативный простор требуется. Чтобы применить свои общепехотные навыки. Видно, тебе без приданного артдивизиона никак.

Майор потупил взор.

– Ладно, кто старое помянет… Что делать думаешь, чтобы за своих бойцов поквитаться?

– Противника искать.

– Где искать?

Майор пожал плечами.

– А я тебе подскажу где. Вот возьми список номеров бывшего на поле боя оружия и отсмотри его по местам хранения. Оружие, судя по всему, из армейских арсеналов, значит, большого труда это не составит. Только быстро отсмотри, пока до него милиция не добралась. И еще проверь ближнее к тому, кто всю эту кашу заварил, окружение. Вряд ли он вышел на совершенно незнакомых ему людей. И вряд ли они, не зная его, ему так сразу поверили.

И еще…

И еще…

– Но самое главное, поинтересуйся вот этим типом, – показал Петр Семенович переснятую из следственного дела фотографию. – Потому что все, что я тебе до того говорил, – присказка. Круги от три дня назад упавшего в воду камня. А это – сказка.

– Кто это?

– Некто Иванов Иван Иванович. Который, как установлено следствием, на момент боя был на месте. На том самом месте, где мочили вверенный тебе личный состав. И где, между прочим, он тоже не сидел сложа руки и уложил трех твоих бойцов.

– Кто?!

– Иванов Иван Иванович. Если судить по выводам патологоан атомической, баллистической и прочих экспертиз. Если судить по их выводам, то пули, извлеченные из голов твоих бойцов, были выпущены из пистолета, который держал он.

– Кого? Он?

– Широкова, Петрова и Луценко.

– Гад!

– И самое интересное, что не просто гад, а оставшийся в живых гад.

– Он жив?

– Жив. По крайней мере его тела на месте преступления обнаружено не было.

– Как же это они? Широков и Луценко? Лучшие бойцы, профессионалы… Были.

– Значит, он был лучше Широкова и Луценко. Значит, он был больший профессионал. Значит, он был суперпрофессионал.

– Суперпрофессионалы бывают только в кино.

– Видно, не только. Скажи, ты смог бы во время скоротечного боя, когда в тебя со всех сторон стреляют, попасть в цель чуть больше чайного блюдца?

– Вряд ли.

– А он смог. В три цели! А ты говоришь, не бывает… Но самое интересное, что он сделал не только тебя, он сделал и твоего противника.