«Киллер из шкафа»

Майор Проскурин еще раз отсмотрел все имевшиеся в его распоряжении документы и вышел на доклад к генералу Трофимову.

– Разрешите, товарищ генерал?

– С новостями?

– Так точно. С новостями.

– С новостями – это хорошо. Заходи, Иван Михайлович.

Генерал открыл папку и одну за одной пролистал все бывшие в ней бумаги.

– Лукин… сорок девятого… Афганистан… Подполковник… Второе управление… так… так…

Вот, значит, кто он, этот неизвестный покойник. Который захаживал к любвеобильной хозяйке дома. Вот откуда сквозняк дует. Со стороны Петра Семеновича дует. Очень интересно. Просто очень… Сколько он под его генеральским началом служил?

– Около двух лет.

– А ушел месяца два с половиной назад? Или за два до происшествия на Агрономической. Где и погиб.

Очень интересно.

Ушел и через два месяца погиб. В квартире у собственной любовницы погиб. Куда по случайности именно в это время ворвалась толпа неизвестных злодеев, вооруженных армейского образца автоматами и пистолетами. Или не по случайности погиб? А? Как мыслишь, майор?

– Я в случайности не верю.

– И я не верю. Не верю в то, что и все прочие к любовнице пришли. Одновременно. Где ее не поделили с помощью скорострельного автоматического оружия. И в то, что за тем самым Ивановым пришли, тоже не верю. Не та это фигура. Случайная фигура.

А вот за Лукиным – вполне может быть. По крайней мере гораздо более вероятно, чем за сугубо гражданским, который даже в армии не служил, Ивановым.

Не за Ивановым, за Лукиным!

– А кто же тогда их всех?

– Тоже тот еще вопрос. Кто? Не знаю кто. Но предполагаю, что не их кто‑то, а они друг друга. По всей видимости, те, кто пришел с Лукиным, тех, кто пришел за Лукиным. Или наоборот, те, кто явился за Лукиным, тех, кто его без боя отдать не пожелал.

– А Иванов?

– А Иванов, согласно тобой же предложенной версии, в это время в шкафу прятался. В трусах. Отчего и жив остался. В отличие от Лукина.

– А как же тогда второй бой? И перестрелка в морге? Там кто за кем приходил? Если Лукин к тому времени уже давно покойником был?

– Трудно сказать. Хотя и надо…

– Может, их заело. Может, они уже просто отношения выясняли. Исходя из принципа «зуб за зуб»?

– Именно в этой квартире? Куда того и гляди могла милиция нагрянуть. Не проще ли им было для выяснения отношений встретиться где‑нибудь в укромном уголке. В лесу. Или в заброшенной новостройке. Где им никто помешать не мог.

– Выходит, во второй и третий раз они повстречались случайно?

– Или не случайно. Ведь мы с тобой в случайности не верим? Не так ли? А если не случайно, то, значит, что‑то искали.

– Что?

– Не знаю. Вероятней всего, то, что принес с собой или мог принести с собой Лукин. Скорее всего что‑то не очень большое, что‑то компактное, что можно с собой таскать. В карманах или сумке… А впрочем, даже меньше! Много меньше!

– Почему меньше?

– Потому что после второго эпизода на Агрономической был морг! Куда они пришли… Зачем пришли? Что им могло понадобиться в морге, кроме покойников? И зачем им могли понадобиться покойники, которые ни сумок, ни карманов уже не имеют? Которые уже ничего не имеют, кроме одних только себя… Зачем им могли понадобиться покойники?

– Может, они решили изъять тела? Чтобы их по‑человечески похоронить?

– Может, и тела. Только не для того, чтобы похоронить. Вряд ли они настолько сентиментальны, чтобы лишний раз оставлять следы ради соблюдения ритуалов, которые покойникам уже ни к чему. Не для похорон они приходили. Для поиска. Для того же, для чего два раза приходили на Агрономическую. Они что‑то искали…

– У покойников?

– У покойников. Или в покойниках!

– В покойниках?..

– В них. Они искали что‑то такое, что можно спрятать на теле. Вернее даже сказать, в теле. Во рту или… В последний момент спрятать, когда в дверь ломятся враги. Что‑то вроде микротайника, шифровки или… Или ключа. От дверцы, за которой спрятано то, что необходимо преследователям. Вполне может быть, что ключа… Убедительно?

– Вполне.

– Тогда вот что, Иван Михайлович, отработай‑ка ты тот самый морг. Ну, где последняя перестрелка была. Только как следует отработай. С пристрастием. С проверкой самых незначительных на первый взгляд деталей. Не может быть, чтобы его работники ничего не знали. Хоть даже в дым пьяные были. Не верю я в их невменяемость. Хоть убей, хоть в тот же морг помести – не верю. Должны они были что‑то видеть, что‑то слышать или с кем‑то говорить. Узнай. И как только узнаешь, дай мне знать. Морг – это новая ступенька в нашем с тобой расследовании. Возможно, одна из самых важных ступенек.