«Киллер из шкафа»

– Да!

– Правильно решил… майор. Потому как иного выхода у тебя нет. У всех у нас нет. Как у воздуха в автомобильной камере. Первое свое задание ты уже знаешь. Должен твой командир бывший позора избежать и дачи для всех опасных показаний. Каким образом – сам подумай. И свои соображения не позднее сегодняшнего вечера доложи. А я погляжу, как ты умеешь мыслить.

Далее. Все случившиеся в последнее время потери спишешь на командира. Если что, ты сам и весь личный состав вверенного тебе подразделения должны в голос твердить, что ничего не видели, ничего не слышали, ничего не знаете, потому что были на учениях. И за проступки командира и оставшихся с ним бойцов отвечать не можете. А отчего и по какому поводу они погибли, вы знать не знаете, ведать не ведаете. Хотя предполагаете, что участвовали в каких‑нибудь криминальных разборках. Тяжелораненых мы проведем по другим статьям. Легкие сами выздоровеют.

Таким образом, все, кто был виновен в происшествиях, будут наказаны. Ими же самими. Дело будет закрыто раньше, чем начнется.

– А если?..

– За «если» голова будет болеть у меня. В крайнем случае скомпрометировавшее себя подразделение расформируем, личный состав разбросаем по частям, а потом соберем вновь, в другом месте, под другим названием. Но с прежним командиром. Все ясно?

– Так точно!..

«Еще бы не ясно, когда все равно деваться некуда, – подумал про себя уже почти майор. – Все равно замазан с ног до головы. Тем самым… Не отмыться. А так хоть…»

Петр Семенович тоже подумал. И тоже про себя.

Дурак капитан. Не лучше того майора, который на каждом углу словно звонок трезвонил. Вот и дотрезвонился…

Или не дурак, но понимает, что деваться ему все равно некуда. Или в землю, или в тюрьму, или, как альтернатива, – погулять еще чуток на свободе и, может быть, даже, если представится такая возможность, куда‑нибудь тихо слинять. Всех тех трупов, даже если он с повинной придет, ему все равно не простят.

Нечего ему делать, как только в заведомые байки верить. Хоть даже насчет того прервавшегося по каким‑то туманным причинам следствия. Нет, так просто следователи от такого многообещающего дела не отступятся. И версией с погибшим на криминальных халтурках командиром и его ближайшими нукерами не удовлетворятся. Копать будут. Пока не выкопают.

Но копать будут долго. Гораздо дольше, чем хватит ему, Петру Семеновичу, времени на то, чтобы покончить со своим делом. С самым главным делом. От которого зависит… От которого все зависит.

Ему бы только время выиграть…

– Разрешите идти? – испросил разрешения капитан.

– Погоди. У меня к тебе еще одна просьба. Куда более важная, чем первая. Капитан напрягся.

– Есть человечек… – Петр Семенович выложил на стол милицейскую ориентировку на гражданина Иванова. – Этот человечек меня интересует. Интересует очень сильно. Больше всех. Подробности о нем и о его местонахождении есть у… твоего предшественника. Найди его. И доставь. Как можно быстрее доставь. Хоть живым, хоть… Впрочем, нет – только живым! Мертвецов с меня довольно. Мертвецы мне надоели.

Глава сороковая

С самого утра Иванов Иван Иванович ходил вокруг да около. Вокруг дома, где был зверски убит его приятель. Около своего, устроенного в подвале, импровизированного тайника, где находились мало беспокоящие его дискеты, чуть более полезный пистолет и крайне необходимые для обеспечения всей дальнейшей жизни доллары.

Чуть не через каждый час он подходил почти к самому подъезду. Топтался на месте. И уходил восвояси. И каждый раз с ним подходили к подъезду и проходили мимо подъезда его телохранители. Не все. Но один точно. Остальные четверо, изображая случайных прохожих, держались чуть поодаль.

«Чего ему здесь надо? – недоумевали честно отрабатывающие свои доллары охранники. – Что он крутится возле этого дома? У него что, там баба проживает? Которая ему рога наставляет? И он хочет застукать ее за этим самым делом…»

– Он крутится возле дома номер семнадцать по улице Северной, – передавал по миниатюрной рации, спрятанной во внутреннем кармане пиджака, телохранитель, внедренный в охранную фирму безопасностью. – Похоже, он что‑то ищет. Или кого‑то ищет… Как слышите меня? Прием. Проверьте дом номер семнадцать по улице Северной…

– Слышим тебя. Дом номер семнадцать по улице… Твою информацию постараемся проверить… Прием…

– Какие будут дополнительные распоряжения?

– Дополнительных никаких. По всей видимости, он пришел за чем‑то в ту квартиру, где было убийство… Впрочем, вот что, постарайся задержать его. Постарайся как можно дольше не пускать объект в квартиру. Квартира может быть опасна. Как понял меня?

– Понял вас. Понял…

– Ты гля, блин. Какие у него «быки». Где он их столько, ё, набрал? – тихо переговаривались соглядатаи от мафии, пристроившиеся у пивного киоска и дохлебывающие уже по третьей кружке пива. – Гля. Вон еще один.