«Козырной стрелок»

Любовники завозились и застонали по следующему кругу.

Часы показывали девять одиннадцать. Больше ждать было нельзя…

Мужчина в будке засунул в щель автомата пластиковую телефонную карту и набрал номер.

В отеле, расположенном через улицу, в номере напротив номера, где в шкафу сидел Иван Иванович, зазвонил телефон. Его постоялец, на ходу вытираясь полотенцем, вышел из ванной комнаты и поднял трубку.

– Слушаю.

– Я хочу предупредить вас об опасности, – сказал мужчина в автомате.

– О какой опасности? Бросьте меня разыгрывать!

– Дело идет о вашей жизни.

– Кто это говорит?

– Ваш доброжелатель.

Человек на крыше зафиксировал в объективе окно с розовыми шторами и снял винтовку с предохранителя.

– Я не шучу. Я точно знаю, что вас хотят убить.

– Кто?

– По телефону я сказать не могу.

– Почему меня хотят убить?

– Это связано с вашей работой на российском рынке. Особенно с последней сделкой. По нефти. Которая…

– Довольно. Я вижу, что вы хорошо осведомлены. И готов с вами встретиться. Где вы находитесь? И как я вас смогу узнать?

– Я рядом с отелем. Возле телефона‑автомата. Если ваши окна выходят на улицу, вы сможете меня увидеть и запомнить.

– Мои окна выходят на улицу…

Девять двенадцать.

А эти, на кровати, все еще… И главное, отложить выстрел совершенно невозможно! Потому что он прозвучит хоть так, хоть эдак. Но «хоть эдак» без участия Иванова. Что ему не простят! Майор Проскурин. Но в первую очередь американцы, которые его сюда послали. И отберут паспорт. И отберут деньги. И отправят обратно в Россию рассчитывать котло‑агрегаты…

Девять тринадцать.

Если учитывать, что на упражнение номер шесть отводится тридцать секунд, то… То времени уже почти не остается. Потому что надо еще добежать до окна и прицелиться…

– Если вы подойдете к окну, то я выйду на середину улицы, чтобы меня было лучше видно, – сказал человек у автомата. – Вы подойдете?

– Подойду.

– Тогда ровно через минуту…

Девять четырнадцать. До время Х осталась ровно одна минута. Зверя выманили из берлоги. Дело осталось за охотниками.

Иван Иванович обреченно вздохнул, резко открыл дверь шкафа и шагнул в комнату.

– Qui etes vous? – удивленно спросил парень на кровати.

– Упражнение номер шесть! – не обращая на него внимания, сам себе скомандовал Иван Иванович.

Упражнение номер шесть было его любимым упражнением. Потому что он выполнял его лучше других. И быстрее других.

Иван Иванович уронил на ковер «дипломат», откинул крышку и привычными, хорошо отработанными движениями собрал винтовку, поставив на место ствол, приклад, оптический прицел и снаряженную обойму. Накрутить глушитель он, уже не успевал. Потому что слишком долго просидел в шкафу. И обходить кровать не успевал. Так как она была на полспальни, очень большая и очень длинная.

Иван Иванович прошел по кровати. Сверху. Топча ботинками роскошное покрывало и перешагивая через обнаженных, не сводящих полных ужаса глаз с винтовки любовников.

Секундная стрелка часов на левой, удерживающей ложе винтовки руке отсчитывала последние десять секунд…

Предназначенный для заклания бизнесмен подошел окну, задернутому розовыми шторами.

Иван Иванович прикладом винтовки ударил в стекло. Что было сил ударил. Десятки осколков звеня посыпались на тротуар…

Бизнесмен отодвинул в сторону штору и приблизился к окну, чтобы разглядеть звонившего ему незнакомца. На улице никого не было…

Человек на крыше мгновенной сдвижкой дула винтовки поймал в прицел лицо человека, мелькнувшего за стеклом окна с раздвинувшимися розовыми шторами. И нажал на спусковой крючок.

Иван Иванович опоздал!

Иван Иванович увидел прямо против себя окно, увидел, как вздрогнуло стекло, и увидел, как мгновенно, словно от удара, отшатнулось назад чье‑то лицо.

Догоняя чужой выстрел, Иван Иванович вскинул к плечу винтовку и нажал на курок. Без глушителя выстрел прозвучал непривычно резко и громко.

Снайпер рассматривать результаты своей работы не стал, потому что был в них уверен. Он быстро поднялся, разобрал и уложил в «дипломат» винтовку. Подошел к двойной, перекинутой через вентиляционную трубу веревке, спустился по ней на соседнюю крышу и вытянул веревку за один конец вниз. Никаких следов его пребывания на крыше отеля не осталось. Кроме мокрых следов, которые должны были высохнуть за несколько десятков минут…

Иван Иванович повернулся от окна. И вместе с ним повернулась винтовка.

Увидев скользнувшее в их сторону сочащееся дымом дуло, любовники закричали. И умоляюще сложили руки лодочкой перед лицом.

– Вы чего? Охренели, что ли? – спросил растерявшийся Иван Иванович.

Любовники что‑то быстро лопотали на своем языке и ползли к Иванову, пытаясь целовать носки его ботинок.

– Вы чего? Чего вы?! – испугался, попятился Иван Иванович к двери. Потом развернулся и побежал по коридору, забыв убрать в «дипломат» винтовку. От него, роняя столик с посудой, шарахнулся официант. И потом еще горничная.