«Козырной стрелок»

– Нет, не решится. За нас их полиция. Только надо договариваться, пока они здесь.

Люди Папы, Юрия Антоновича и подполковник гурьбой двинулись в сторону Ивана Ивановича и, прежде чем он что‑нибудь понял, окружили его со всех сторон.

– Только не надо глупостей, – предупредил подполковник. – За нами смотрит их полиция. И если что…

Иван Иванович взглянул на бравых полицейских. Полицейские, перехватив призывный взгляд и заподозрив неладное, придвинулись к толпе русских туристов.

– Это тоже русский. Наш приятель, – крикнул Юрий Антонович и радостно хлопнул Иванова по плечу.

И все остальные хлопнули. Но очень аккуратно, чтобы случайно не обидеть приятеля.

– Мы предлагаем стрелку, – тихо сказал подполковник. – Вы согласны?

– Да… – судорожно кивнул напуганный до полусмерти Иванов.

– Тогда сейчас, в парке. Тут недалеко есть парк, где нам никто не помешает. Вы согласны в парке?

– Да…

Толпа русских туристов, обнимаясь и на всякий случай по‑приятельски держа друг друга за руки, двинулась к парку…

– Гривенник и сопровождающие движутся в сторону парка, – доложил Рубль Червонцу.

– Они направляются в парк, – доложил Червонец Четвертному.

– Зачем?

– По всей видимости, выяснять отношения. Что нам делать?

– Сопровождать и наблюдать. И ничего не предпринимать. До моего прибытия не предпринимать!..

Четвертый сообщил Третьему о перемещении людей генерала Трофимова в сторону парка.

Третий доложил Второму.

Второй – Высокому Начальнику в Москву.

– Пошлите за ними людей. Пусть выяснят, в чем там дело. Но только пусть раньше времени не высовываются! – приказал Высокий Начальник…

Толпа русских туристов ввалилась в парк. И прошла за дальние, где никого не было, деревья.

– Предлагаю потолковать миром. Для чего считаю целесообразным, для общего спокойствия, сдать оружие, – сказал подполковник Громов.

– Как сдать?

– Например, сложить вот сюда, на поляну, и прикрыть чьим‑нибудь пиджаком. А после разговора разобрать.

– Нет! Без оружия мы не согласны! – не согласились люди Юрия Антоновича.

– Но тогда с оружием останутся все! – с упором на последнее слово сказал подполковник и посмотрел на Иванова.

– Может, просто разрядим оружие?

– Лучше так…

Все, участвующие в переговорах стороны, потянули из карманов оружие. На землю полетели снаряженные патронами обоймы и патроны россыпью, высыпаемые из барабанов револьверов. Сверху упали патроны и «перья» людей Папы.

– А вы? – спросил подполковник у стоящего неподвижно Иванова.

– У меня ничего нет!

– Можно проверить?

Иван Иванович приподнял руки.

Подполковник споро ощупал его и замотал головой.

– Ничего нет.

– Как нет?!

– Ну нет! Совсем ничего нет.

Присутствующие с сожалением посмотрели на брошенные на землю боеприпасы.

– Предлагаю всем поровну, – без предисловий начал подполковник.

– По присутствующим людям?

– Нет. По заинтересованным сторонам.

– То есть ты хочешь получить равную со всеми долю? – усмехнулся Папа. – За что?

– За то, что я здесь.

– Этого мало.

– У меня есть дополнительный аргумент.

– Какой?

– Координаты того, что мы ищем.

– Но у меня тоже есть координаты, – возразил Папа.

– И у нас, – подал голос Юрий Антонович.

– Получается, у нас у всех есть координаты. Получается, мы все равны. И все имеем право на равную долю, – вернулся к своему предложению подполковник. – Мне кажется, не имеет смысла затевать драку из‑за таких пустяков. Там очень много тою, что мы ищем. Там хватит на всех!

«В конце концов, переделить доли никогда не поздно, – подумал Папа. – Было бы что делить».

– Ладно, я согласен, – сказал он. – Если будет… три доли!

Прежде чем все поняли, о чем идет речь, подручные Папы подскочили к Иванову и схватили его за руки.

– Зачем?.. Зачем вы его? – не понял подполковник.

– Затем, что, если он будет жив, сделка не состоится. Потому что он перемочит всех нас. По одиночке перемочит. И заберет все себе.

– Верно! – поддержал Папу Юрий Антонович. – Если он будет жив, мы ничего не получим! О чем бы здесь сейчас ни договорились.

– Вы хотите сказать, что… – начал подполковник.

– Его надо мочить, – жестко продолжил Папа. – Здесь и сейчас! Пользуясь тем, что у него нет оружия.

Иван Иванович испуганно забился в руках уголовников.

– Согласен! – сказал Юрий Антонович.

– Согласен! – сказал подполковник.

Охранники наклонились и потянули из кучи свои обоймы.

– Стойте! – остановил их Юрий Антонович.

– Почему?

– Пусть лучше они, – кивнул он на людей Папы. – Им все равно. Им терять нечего.

– Руки пачкать не хотите? – недобро ухмыльнулся Папа.

– Папа, дай мне! – закричал Крапленый. – Дай за братанов отыграться!

– Валяй! – разрешил Папа.

Крапленый отпустил Иванова, бросился в кучу и стал лихорадочно, перебирая и отбрасывая боеприпасы, искать свою обойму.

– Все, курва! Конец тебе пришел! Сейчас за всех… – приговаривал он. – Сейчас, сейчас…

Нашел, вогнал обойму в пистолет, передернул затвор, подбежал вплотную к Иванову.

– Готовься! Жмуриться готовься! Задергал, запрыгал перед его глазами пистолетом, норовя ткнуть дулом в лицо.