«Козырной стрелок»
– Я не изображаю идиота! – попытался объяснить Иванов.
– Хочешь сказать, ты идиот?
– Я не идиот. И это не я. Меня попросили…
– Ты прав. Он ничего не скажет. Его надо кончать.
– Зачем… кончать? – испугался Иванов.
– Затем, что ты ничего не хочешь сказать!
– Я все сказал! Все, что знал. Меня попросили…
Один из незнакомцев достал пистолет.
– Погоди, я сообщу начальству, – придержал его другой.
– Начальство скажет то же самое.
– Может, и скажет. Только наше дело доложить. Да. Мы допросили. Нет, не молчит. Наоборот, разговаривает. Болтает какую‑то чушь. Мы предполагаем завершить это дело… Как не завершать? Есть не завершать!
– Что они сказали?
– Сказали не завершать. Сказали везти к шефу.
– Как же повезем? Тут теперь на каждом углу их полиция!
– Не знаю, как повезем. Например, в фургоне повезем. Чтобы его никто не видел.
– В каком фургоне?
– В мебельном. Вызывай мебельный фургон, для перевозки ну, например… этого шкафа.
– Зачем шкафа?
– Затем, что в ящик письменного стола он не влезет! Иванова вместе со стулом усадили в шкаф, обложили со всех сторон матрасами и одеждой, чтобы стул не сдвигался, залепили рот кляпом и понесли на улицу.
– Вы, что ли, машину вызывали? – спросил водитель мебельного фургона.
– Мы.
– Тогда погодите. Сейчас грузчики подъедут.
– Нам не нужны грузчики. Мы сами.
Незнакомцы подняли шкаф и поставили его в фургон.
– Какой адрес? – спросил водитель.
– Мы вам покажем…
Через час шкаф выгрузили и занесли в дом. Который Иван Иванович, по причине обложенности матрасами, не увидел.
– Ставь!
Шкаф поставили.
– Открывай.
Дверцу открыли. И стянули с лица Ивана Ивановича тряпки.
– Это Иванов! – уверенно заявил пожилой мужчина, ткнув пальцем в шкаф.
– Мы знаем, что Иванов…
– Это очень известный Иванов. Который в одной только России убил более трех десятков людей.
– Сколько?!
– Более тридцати человек!
– Ну я же говорил! Я же говорил, что он не простой. Он же там тридцать и уже здесь…
Иван Иванович отчаянно замычал и замотал головой.
– Он что‑то хочет сказать, – заметил пожилой мужчина. Кляп вытащили.
– Я не убивал тридцать человек! – сразу же сказал Иванов.
– Ты и теперь будешь продолжать отпираться! – с угрозой в голосе сказал один из незнакомцев. И потянул из кармана пистолет. – Да я тебя, сейчас!..
– Это уже совершенно не важно, сколько он убил в России и сколько убил здесь. Важно, что его не убили вы.
– Почему?
– Потому что теперь он нам нужен живым. И процветающим. Именно поэтому вы теперь не тронете его даже пальцем.
– Кто вы? – спросил своего очередного спасителя Иван Иванович.
– Не важно, кто я. Важно то, кем теперь будете вы.
– Кем?
– Владельцем партийных миллиардов. Которые вы сегодня сняли со спецсчетов швейцарских банков.
– Я снял?!
– Вы сняли! И перевели на другой счет. А с того счета разбросали на еще несколько счетов. А с этих счетов через несколько дней снимете наличными деньгами. Дальнейший путь которых установить будет невозможно. Вы сняли деньги с известных всем счетов. Вы один! Согласно вот этим документам.
Пожилой мужчина показал пачку банковских распечаток.
– Конечно, вы получили не все партийные деньги. Но вы получили почти все швейцарские деньги.
– Сколько?
– Четыре с половиной миллиарда.
– Долларов?!
– Долларов. Сегодня вы стали очень богатым человеком! Единственно, что теперь от вас требуется, подписать кое‑какие бумаги. Которые мы отнесем в банк. И подошьем к делу. Заплатив за эту услугу миллион долларов. Видите, как дорого стоит ваша подпись. Освободите ему правую руку.
Руку развязали. И высунули из шкафа наружу.
– Здесь, здесь и здесь, – показал пожилой человек.
– А если я не подпишу?
– Тогда вы не получите денег. И лишитесь жизни. Иван Иванович подписал. Здесь. Здесь. И здесь.
– Ну вот и все. Будем считать, что вы помогли нам из идейных соображений.
– Кто вы? – еще раз спросил Иван Иванович, вкладывая в вопрос уже совсем другой смысл.
– Вообще‑то я не должен был вам говорить, кто мы. Но я скажу. Мы те, кому принадлежит это золото. По праву принадлежит. По праву преемственности.
– Так вы?!.
– Мы те, кто это золото положил в банки. И теперь забираем обратно. Для их целевого использования. В интересах строя, их накопившего. Ведь согласитесь, использовать их в иных целях было бы несправедливо.
– А как же все эти? Все остальные?
– Остальные искали пустоту. Фата‑Моргану. Но этим поиском раскрыли себя. Потому что привлекали к себе наше внимание. И всеобщее внимание. Отвлекая его от нас.
– Так они…
– Они бы ничего не получили. Потому что снять эти деньги со счетов могли только мы. Или вы, с нашей помощью. Неужели вы думаете, что такие суммы можно получить, лишь назвав номер счета?