«Козырной стрелок»
Итого, если подводить общий итог, получается пять трупов на улице Агрономической, один с перерезанным горлом на улице Северная – по первому эпизоду, плюс четверо с огнестрельными на той же улице Северной – по второму эпизоду, плюс, вполне возможно, еще трое, застреленных несколько лет назад из «стечкина», использованного с теми же целями и тем же результатом Ивановым на Северной. И теперь вот еще… четырнадцать трупов!
То есть всего…
Да что же это такое делается?!
Глава 9
– Так винтовку не держат, – сказал инструктор по стрелковому вооружению. – Сколько раз вам можно говорить?
– А как держат?
– Уверенно. Оружие – это не палка, которая стреляет. Как думают многие. Оружие – это продолжение человека. Это часть человека. Которую нужно чувствовать как руку, ногу или любой другой орган. Только тогда оружие становится оружием, а не палкой. Поднимите руку.
Иван Иванович поднял руку.
– Попытайтесь направить указательный палец, ну, хотя бы на ту вон розетку. Только вначале закройте глаза.
Иван Иванович закрыл глаза, поднял руку и упер палец в место, где предположительно должна была находиться розетка.
– Почти точно, – оценил его действия инструктор. – А теперь то же самое попробуйте сделать с этим вот карабином. – Инструктор передал в руки Иванова карабин. Тяжелый карабин. – Закрывайте глаза и…
Карабином попасть в розетку было сложнее. Карабин оттягивал руки вниз. Иван Иванович попытался остановить сползание дула к полу, слегка задрав его вверх, и тут же опустил, чтобы компенсировать чрезмерный подъем.
Где теперь находится розетка, он представлял очень смутно. Все его внимание ушло на борьбу с карабином.
– Ну все? – поторопил его инструктор.
– Сейчас, сейчас.
В розетку Иван Иванович не попал. Правда, в стену, где она располагалась, не промахнулся.
– Мне очень жаль. Но вас снова убили, – подвел итог тренировки инструктор.
– Почему убили?!
– Потому что не убили вы! Тот, кто не убивает, тот умирает! Видите мишень?
– Вижу.
– Это ваш враг. Который через мгновенье выстрелит. В вас. Убейте его!
– Как?
– Просто! Совместите мушку с прорезью прицела и с его головой и нажмите спусковой крючок. Иван Иванович вскинул карабин.
– Снимите карабин с предохранителя!
– Что? Ах, да…
– Стреляйте, наконец! Иван Иванович выстрелил.
– Еще! – сказал инструктор. Еще. Еще…
Иван Иванович отстрелял всю обойму. Инструктор наклонился и взглянул в объектив подзорной трубы. Мишень не имела ни одной дырки.
– Ну что? Попал?
– В белый свет как в копеечку. Впрочем, нет. Один раз все‑таки попал. В соседнюю мишень. Все. Перерыв двадцать минут.
Инструктор подхватил карабин и винтовку с оптическим прицелом и вышел из тира.
– Я не могу с ним работать, – доложил он по телефону майору Проскурину.
– Почему?
– Он не обучаем. – Совсем?
– Совсем. То есть из дробовиков он стрелять, конечно, может и, наверное, даже попадать. Из боевого оружия – нет.
– Может, попробовать еще?
– Попробовать можно. Обучить нельзя. Он боится оружия.
– В каком смысле?
– В прямом. Он боится, что оно может выстрелить. И поэтому зажмуривается, когда нажимает на курок.
– Ну хорошо, общие вопросы вы проработать успели?
– Общие – да. Танковый пулемет от охотничьего ружья он отличит. Зарядить винтовку сумеет. На предохранитель поставит. Если не забудет. А дальше… Дальше сомневаюсь.
– Ладно. Через полчаса буду в тире. Расскажешь подробнее, что там у вас за проблемы.
Через полчаса майор Проскурин наблюдал за обучением новоиспеченного курсанта.
– Оружие к бою! – скомандовал инструктор и нажал на кнопку секундомера.
Гражданин Иванов сунул правую руку за борт пиджака, нащупал, ухватил рукоять пистолета, выдернул его из подмышечной кобуры и уставил в инструктора.
– Выстрел!
– Предохранитель сними, – вздохнул инструктор. – И ноги расставь. Сколько раз я тебе говорил.
– Ах, ну да!
Иван Иванович снял предохранитель и расставил ноги.
– Не так широко. А то штаны порвешь.
Инструктор развернул циферблат секундомера в сторону майора и многозначительно посмотрел на него.
– Данное упражнение отрабатывалось на пяти занятиях.
– А как огневая подготовка?
– В заднюю стену тира уже попадает. Майор оценил размеры задней стены.
– Скажите, вы можете поверить, что он собственноручно убил два десятка бойцов?
– Нет. Конечно, нет!
– И я не могу. А надо, чтобы поверили. Все поверили!
– На огневой рубеж!
Иванов отстрелял десять обойм и попал в мишень только один раз.
– Вы в армии служили? – спросил майор.
– Нет. Меня комиссовали. У меня плоскостопие.
– А оружие в руках когда‑нибудь держали?
– Да. Пневматическую винтовку. В тире.
– Попадали?
– Нет. Там кругляши маленькие. Инструктор сдержанно хмыкнул.
– Значит, так. Снайпер из него действительно не получится. Но должен получиться стрелок, похожий на снайпера. Вы поняли мою мысль?
– Нет.
– Он может не стрелять, но должен уметь держать винтовку, заряжать ее, прицеливаться и нажимать на спуск, как настоящий снайпер. Как суперснайпер! Он должен уметь держать и заряжать автомат, пистолет, гранатомет, наконец.