«Козырной стрелок»

Движения его были уверенные, быстрые и четкие. Словно он собирал эту винтовку десятки раз. На самом деле он собирал эту винтовку сотни раз. Потому что десятков для него оказалось мало.

– Готово!

– Не готово, а сборку закончил.

– Сборку закончил!

– Сорок пять секунд, – доложил инструктор время.

– Это хорошо или плохо? – спросил майор.

– Для данного типа оружия вполне прилично.

– Дальше, – разрешил майор.

Иван Иванович воткнул в винтовку магазин, мягко передернул затвор, припал глазом к окуляру прицела, очень медленно и плавно обрисовал стволом винтовки справа налево и сверху вниз восьмерку и на несколько секунд замер, уперев оружие в предполагаемого противника. Самым последним жестом Иван Иванович прихлопнул по ложе винтовки ладонью и, подняв руку, показал согнутые кольцом большой и указательный пальцы.

– Упражнение закончил!

– Что это он? – удивился нерегламентированному при изготовке оружия жесту майор.

– Это как бы сказать, – слегка замялся инструктор, – это у нас так всегда старший лейтенант Митрохин делает. Когда заканчивает сборку.

– Зачем делает?

– Да так, выпендривается. Он боевик западный смотрел. Там один снайпер после выстрела…

– А при чем здесь старший лейтенант Митрохин?

– Старший лейтенант Митрохин при обучении курсанта выполнял роль наглядного пособия… Ну, в смысле курсант копировал действия Митрохина, который выполнял упражнение номер шесть.

– И вот это тоже? – показал майор согнутые кольцом пальцы.

– Так получилось…

– Ладно, поехали дальше.

Дальше гражданин Иванов Иван Иванович «срисованными» с других бойцов жестами вытаскивал из заплечной кобуры пистолеты. Разбирал‑собирал пистолеты. Взводил пистолеты. Выцеливал предполагаемого противника. Менял обоймы. Убирал пистолеты обратно в кобуру. Затем собирал, разбирал, заряжал, взводил, изготовлял к стрельбе более тяжелое вооружение – карабины, автоматы, пистолеты‑пулеметы…

В целом убедительно разбирал и изготовлял к стрельбе. Вот только иногда забывал снять с предохранителя.

– В принципе ничего, – оценил манипуляции курсанта майор. – А со стрельбой как?

– Гораздо лучше, чем раньше, – доложил инструктор. – Но все равно плохо.

– Очень плохо?

– Нет, просто плохо.

«Просто плохо» было значительным, в деле обучения Ивана Ивановича снайперскому делу, прогрессом.

– Покажите.

Ивану Ивановичу передали автоматический пистолет с полностью снаряженным магазином.

– Приготовиться к стрельбе!

Иван Иванович выдвинулся к барьеру, развернулся боком, для большего упора отставил назад ногу, медленно поднял вверх, зафиксировал правую руку, задержал дыхание и плавно, как учили, нажал на спусковой крючок.

– С предохранителя сними! – чуть не плача, напомнил инструктор.

– Ах, ну да…

Выстрел!

Выстрел…

– Есть! – радостно сообщил инструктор. – Есть попадание в мишень!

– Чему вы его еще научили?

– Упражнению номер восемнадцать. Стрельба с двух рук с приближением к объекту.

Это было именно то упражнение, которое так любил и так удачно применял Иванов в реальных боевых условиях.

– Правда, должен предупредить, что упражнение еще недостаточно отработано…

– Не надо предупреждать. Показывайте номер восемнадцать…

Иванову вручили два пистолета, подвели к огневому рубежу и открыли барьер.

– Время!

Выставив вперед пистолеты, прыгая из стороны в сторону, покачиваясь корпусом и стреляя на ходу, Иванов побежал к мишеням. Бежал он очень эффектно. Потону что в точности так, как в этом же тире, сутками напролет, бегали перед ним бойцы спецназа.

Пистолеты клацнули затворами.

– Ну? – спросил майор.

Инструктор, осматривавший результаты стрельбы через подзорную трубу, покачал головой.

– Плохо учите! – недовольно сказал майор.

– Но он…

– Ладно. Пошли дальше. В спортзал пошли. Многочисленные инструкторы, понурив головы, потянулись к выходу из тира.

В спортзале Иванова поставили на татами и выпустили нескольких спарринг‑партнеров.

– Упражнения от номера семь до номера девятнадцать. А потом двадцать второе. Начали!

Бойцы в кимоно подбегали к Иванову и, изобразив замах, падали под разящими ударами в переносицу, горло и пах. Согнувшихся от боли противников Иванов «добивал» ударом ребра ладони в основание черепа. Его удары были точны и красивы. Уже через пару минут Иванов был буквально завален телами поверженных им врагов.

Но все же двое недобитых нападавших исхитрились выбраться из кучи, выхватить и направить на Иванова пистолеты.

– Стоять! Руки вверх! – заорали они.

– Стою! – сказал Иванов. И поднял руки. Но когда к нему подошел один из бойцов, резко сдвинулся с траектории выстрела, ударил его в голень, перехватив за дуло, вырвал пистолет и произвел выстрел во второго нападавшего.

– Это было двадцать второе, – похвастался инструктор.

– Эффектно, – оценил майор Проскурин. – Очень эффектно! А как насчет действенности ударов?

– Но вы же приказывали в первую очередь обращать внимание на их техническое исполнение.

– Но он хоть сможет постоять за себя?

– В драке с хулиганами – да. С профессионалами – нет. Мы уже докладывали, что у него недостаточная мышечная масса и повышенная чувствительность к физической боли…

– Это я слышал…

Вечером майор Проскурин докладывал итоги проверки генералу Трофимову.

– В целом результаты неплохие. Можно даже сказать, что результаты превзошли наши худшие ожидания. Иванов достаточно уверенно чувствует себя в обращении с оружием, неплох в спарринге.