«Козырной стрелок»

– Красному уводить Зеленого, – приказал майор Проскурин.

– Вас понял. Уводить Зеленого.

В подъезде открылась дверь, и кто‑то громко крикнул:

– Сашка! Ну ты куда делся? Нам уже идти пора… Крик был в точности такой, каким должен был быть. Иван Иванович встал с подоконника, спустился на первый этаж, вышел из подъезда и, как ему велели, не спеша прошел к арке.

Черный прошел чердак по всей длине, вылез на крышу, прошел по ней до соседнего дома, через слуховое окно спустился на чердак, по нему добрался до люка, ведущего в подъезд, и, спустившись по подъездной лестнице, вышел на улицу. Иван Иванович сел в машину, которая не спеша и не нарушая правил дорожного движения слилась с городским транспортным потоком.

– Красному, Желтому, Синему – отбой, – приказал майор Проскурин.

– Есть отбой.

– Есть отбой…

На полу квартиры, расположенной на четвертом этаже, воя, матерясь и плача, катался мужчина, так и не допивший свое пиво. Катался один из ближайших подручных Королькова Ильи Григорьевича по кличке Папа.

– Белый вызывает Розового, – сказал в микрофон майор Проскурин.

– Розовый слушает.

– Как у тебя дела по Фикусу?

– Кактус на месте.

– Понял тебя. К тебе направляется Зеленый. Будет через семь‑восемь минут.

– Понял вас. Через семь‑восемь минут.

– Сообщай о всех передвижениях по Фикусу.

– Есть сообщать.

Машина, в которой сидел Иванов, съехала из общего п тока машин в боковую улицу.

– Готов? – спросил сидящий на заднем сиденье человек.

– Что? – встрепенулся Иванов.

– Я спрашиваю, ты готов?

– Да, готов.

– Ну тогда иди.

– Я пошел… Что‑то не получается.

– Ремень сними.

– Что?

– Ремень безопасности сними. Он тебе встать мешает!

– А‑а. Ну да.

Иванов открыл и закрыл дверцу и, вспоминая подробности еще одного сто раз показанного ему кинофильма, пошел вперед: до переулка, по нему направо, налево, прямо, возле мусорных баков опять налево и прямо до второго подъезда в кирпичной пятиэтажке. Затем по лестнице до подоконника пятого этажа.

– Зеленый на месте.

– Фиолетовому, Сиреневому и Коричневому работать.

– Есть работать.

Фиолетовый протер окуляр оптического прицела и приблизил к нему глаз.

– Фикус не вижу. Повторяю – Фикус исчез из поля зрения.

– Вызываю Сиреневого. – Сиреневый на связи.

– Сообщи появление Фикуса на улице.

– Фикус на улицу не выходил. Как поняли меня?

– Понял тебя, Сиреневый. Сообщай о любых его передвижениях.

Минутная пауза.

– Сиреневый вызывает Белого.

– Слушаю тебя.

– Фикус вышел из подъезда. С мусорным ведром. Фикус направляется к мусорным бакам. Как поняли меня?..

– Говорит Фиолетовый. Вижу Фикус на подходах к мусорному баку. Вижу очень хорошо, могу работать.

Майор Проскурин на секунду замолк и задумался. Наверное, лучше было не рисковать и использовать выстрел теперь, пока Фикус досягаем. Мало ли куда он денется через минуту или две. Может, в ванну часа на два засядет или в гости к соседям уйдет.

Но, с другой стороны, выстрел на улице привлечет внимание дворовой общественности. И через них чуть не полгорода. А полгорода в задачи майора не входили.

А вот если выстрел найдет жертву в квартире, то все пройдет гораздо тише. Возможно, даже обойдется без милиции, потому что подручные Королькова ее не жалуют. И если есть хоть малая возможность, пытаются ее избежать.

– Белого вызывает Фиолетовый. Я могу работать Фикус. Прошу разрешения работать.

– Слышу тебя, Фиолетовый. Фикус на улице не работать. Повторяю, Фикус на улице не работать. Фикус работать на прежнем месте. Под крышей работать. Как понял меня?

– Понял тебя, Белый. Фикус работать на прежнем месте. Человек с ведром поднялся в квартиру, прошел на кухню, поставил ведро и стал засовывать туда новый полиэтиленовый мешок.

– Вижу Фикус, – сказал Фиолетовый, перемещая риску прицела на выставленный в сторону зад. – Разрешите работать Фикус?

Мешок никак не налеплялся на края ведра.

– От гнида склизкая! – высказал человек свое отношение к мешку и мусорному ведру.

– Коричневый?

– Коричневый слушает.

– Как подходы?

– Подходы свободны.

– Фиолетовому разрешаю работать.

Фиолетовый зафиксировал выставленный зад в прицеле и нажал на спуск.

Пуля сбоку чиркнула по двум мягким полукружьям чужого седалища, вырвав клочья мяса.

– А‑а‑а!

– Фиолетовый работу закончил.

– Фиолетовому уходить.

В подъезд заглянул какой‑то случайный прохожий и диким криком позвал какого‑то, которого все ждали, Сашку.

Иван Иванович встал с подоконника и пошел вниз.

Какими‑то странными были его нынешние хозяева. Заставляют ходить по городу туда‑сюда, заходить в пропахшие мочой подъезды, подниматься на верхние этажи и сидеть минут по пять, изображая полного идиота. И при этом утверждают, что это должно убыстрить его встречу с Корольковым‑Папой.

Странно все это. И очень глупо…

– Фиолетовому, Сиреневому и Коричневому отбой.

– Поняли тебя, Белый, – отбой…

Глава 25

– Папа! Они отстреливают наших!