Отшельник – новая поэма
За похвалу — их похвалу принять,
Молчком негоже на пиру сидеть
И вкруг себя
Сычом смотреть.
Коль не оставишь
Норов свой,
Все это кончится
Бедой…
Ну вот – смотри.
— Куда?
— Там, во главе стола,
Поднялся кто-то
И идет сюда!
Вот подошел и смотрит
Свысока,
И на плечо легла его тяжелая рука…
— Иль наша трапеза
Вам чем-то не мила?
Иль горек хлеб
И кислое вино,
Что из заветных
Погребов принесено?
Тогда я прикажу,
Чтоб угодить,
Вам блюда все
На новые переменить.
— Нет, мы пойдем.
— Куска не откусив?
И тем, хозяев пира оскорбив!..
Эй слуги,
Все сюда!
Налейте чаши полные вина,
Пусть этот гость осушит их
До дна!
Держать его!
За спину руки заломайте,
И запрокинув голову,
Вино в него вливайте,
Как в мех пустой.
А ну – постой,
Тут гость второй!
— Я пью,
И должное напиткам
Воздаю!
— Ну то-то!
Кто б сюда не приходил —
Голодным от меня не уходил.
Пьем за гостей,
Едим от пуза,
Оркестр…
Играйте веселей,
Чтоб музыкою
Усладить гостей.
А кто не станет есть и пить,
Того я прикажу
В вине,
В дубовой бочке утопить!..
— Он шутит?
— Нет, предупреждает
Тех, кто его щедрот
Не принимает.
Бери бокал
Здесь лучше пить,
Чем в бочке гнить.
Хоть тут,
Хоть там,
Но ты вкусишь вина сполна.
Испив его
До дна бокала
Или бочки дна.
— Ну что?
— Я полон, как бурдюк.
Я еле жив
И не пойму,
Что это было —
Соблазн
Иль испытание и мука?
В одном сосуде все смешалось,
Переливаясь через край.
Страдать я должен от мучений,
Или сомненья испытать
От изобилия стола
И вкусов,
Что дала еда?
И от вина,
Что льется мягко,
И добавляет миру
Яркость?
Или я пьян?
— Ты пьян и сыт.
Так можешь каждый день питаться,
Употребляя эти яства,
И пить вино,
Туманя взор,
Забыв про тот досужий вздор
Что исподволь точил тебя,
И ты, себя превозмогая,
Себя губил
День ото дня.
Возможно — зря…
— Нет, так нельзя.
Туда влечет соблазн меня,
Где яствами наполнен стол,
Но нет души в том —
Только жор,
Как у свиньи,
Стоящей пред корытом,
Чтоб в Рождество
Быть мясником убитой
И лечь на стол,
Где будет знать
Под соусом
Свиные трупы жрать,
Чтобы остатки,
Что не съели,
В корыта
Свиньям
Вновь сбросать,
Где они станут
Их глодать…
Нет, не хочу.
— Тогда — молчу.
— Нет истины в вине,
Но есть в кувшинах дно,
Где святость
Отыскать мне не дано.
— Не буду спорить,
Сам решай.
Но я тебя предупреждал…
С тобой мы трети не прошли,
Назначенного нам пути.
И от всего,
Что свыше суждено,
Нам добровольно
Отказаться не дано.
Когда захочешь
В сторону свернуть —
Судьба тебя вернет
На прежний
Путь.
— Так это ты?!
— Не я, но Договор,
Который должен
Завершить наш спор.
Обилие стола
Пошло не впрок,
Но расставаться нам
Не вышел срок,
На том закроем этот эпизод,
Нас испытаний впереди
Еще немало ждет…
КРУГ ЧЕТВЕРТЫЙ
Печален путь слепца,
Идущего неведомо куда,
Когда не он дорогу выбирает,
И что его через минуту ждет —
Не знает.
— Куда идем?
— Узнаешь сам,
Когда до цели мы дойдем,
И все грехи,
Что в тайниках души храним,
Туда с собою принесем.
— Но я безгрешен…
— Как сказать?
Когда вперед не можем знать,
Что нас с тобою
Может ждать
Пришли…
— Зачем меня сюда привел?
— Вон дом.
Окно,
Свеча на нём
И силуэт.
— А я причём?
Здесь много окон и домов…
— Но среди всех —
Всего одно окно,
Где свет,
И в нем — застывший
Силуэт,
Который ночи напролет
Стоит,
Как-будто что-то ждет…
Смотри внимательней.
— Смотрю,
Но не пойму
Зачем я здесь
В глухую ночь?
— Там у окошка…
Твоя
Дочь.
— Что ты сказал?
— Сказал – как есть.
Там плоть от плоти,
Твоя дочь,
Которую оставил ты,
Когда ушел из дома прочь
Приняв Обет.
— А мать ее?
— Мать умерла.
Но до того сошла с ума,
Встав со свечою у окна,
И день и ночь
Тебя ждала,
Когда в пустыне,
Ты один
Молитвы небу возносил.
Потом ее сменила дочь,
И зажигает свечку
В ночь,
Чтоб легче мог ее найти,
Не сбившись с верного пути.