«Солнце садится на востоке»

Покрышка. Под ней слежавшееся дерьмо. Ну и ладно, ему ли дерьма бояться, когда вся его жизнь сплошное го…но. Чего там, если глубже копнуть?.. Застывший в камень кусок цемента, который уж точно никому… Правда, не простой. Потому что если вон в ту трещинку проволочку засунуть, особым образом изогнутую, то от того «камня» кусок отвалится. А там драный, в том же дерьмеце, мешок. Что случайно в цемент угодил да так там и застыл. Только тот мешок ворошить просто так нельзя, чтобы не сработал внешний самоликвидатор и тебя не разнесло в мелкие куски. Нащупать в правом нижнем углу утолщение, нажать, отключая взрыватель. А теперь сбоку, дублирующий. Все, теперь можно. Вытряхнуть мешок, вывалить жуткую на вид, всю в краске и рванине, здоровенную сумку. Тяжеленькая. Надо будет посмотреть, что там… Но не теперь, чтобы не запустить внутренний уничтожитель, который насторожен на случай любопытствующих прохожих. Это важно. Без этого никак. Схрон Резидента это серьезно, там такие ниточки можно уцепить… Которые, конечно, никуда не приведут, но шума наделают.

Пошли назад, к тележке. Шлеп… Шлеп… Перейти через мост, там тропка в лес, по ней, примерно через километр, непролазные заросли и камеры по кругу, где можно переодеться и привести себя в порядок. Еще восемьсот метров машина, куда выйдет уже совсем другой человек, который до ветру в кустики сбегал. В машине тайник под сиденьем, который хрен, не зная, найдешь…

Топ… Топ… И вдруг!.. Этих-то как сюда занесло? Полиция…

— Эй ты, бомжара, иди сюда! Давай, шевели копытами…

Вылез из машины.

— Ты что тут делаешь?

— Иду… — закашлять натужно, чтобы шарф и повязку на лице аргументировать.

— Больной, что ли?

— Да, есть маленько.

Снова закашлять, выворачивая наружу легкие.

— Ты это, близко не подходи. С нами поедешь.

— Это зачем?

— Бумажки подпишешь.

— Дело шить будете?

— За кого ты нас принимаешь? Сразу пять дел. Следакам нашим висяки закрывать надо. А тебе похрен, что здесь, что за колючкой. Там, глядишь, тебя на больничке поправят, а то вон еле ходишь.

— Не… Мне нельзя…

— Кто тебя спрашивает? Возьмешь на себя пару трупов, уважаемым на зоне человеком станешь… Чего это у тебя там в телеге? Ну-ка, вываливай.

Пнул тележку, так что она на бок легла и все содержимое посыпалось на дорогу. А вот это зря. Потому что сумка… полная денег. Что делать – хватать ее и бежать? А если они шустрыми окажутся и догонят? Пулей. И сумку в отделение прихватят, а там, какая-нибудь случайная собачка взрывпакет учует и тогда саперов вызовут. Мало шансов, но вдруг… Эти тоже не должны были… а выскочили, как черти из табакерки. Не было этого в сценарии, да разве все предусмотришь?

Нет, рисковать нельзя, надо здесь решать, на месте, но чтобы без лишних подозрений.

Отбить акцент — бросить беглый, чуть с испугом взгляд на сумку. Заметил?

— А это чего? Что там?

— Не знаю, начальник. Я нашел, принес, еще не смотрел.

И снова неуверенность сыграть, как будто что-то такое знаю.

— Давай открой, вместе посмотрим.

Так, вспоминаем, что там за начинка, где расположена, куда все полетит. Такие закладки, обычно, начинают горючим наполнителем, чтобы без сильных взрывов, но с гарантированным высокотемпературным уничтожением. Лишние взрывы где-нибудь в помещении МВД никому не нужны, могут жертвы случиться, расследования начаться, экспертизы, а тихий локальный пожар, если без жертв, спишут. Но, на всякий случай…

Поставить на обочину, где почва мягче и, значит, немного погасит возможную взрывную волну. Чуть отклониться. Ухватится за молнию. Потянуть. Сработка будет при проникновении. Взять в руку палку.

— Ты чего?

— Грязная сумка. Может, там вообще говно. А я брезглив…

— Чего?! Ты на себя посмотри, чмо…

Еще отклониться, сунуть палку, достаточно на миллиметр.

Что ухнуло, сумка задымила и, вдруг, из нее, на полметра вверх, взметнулось пламя, с ревом пожирая и саму сумку и ее содержимое. Просто какой-то мартен.

— Блин! Что это?! Что?!

— Откуда я знаю? Может, там пиротехника… Была.

Полицейский ошарашенно смотрел на бушующее пламя превращающее потенциальный вещдок в пепел.

— Ах ты, падла!

И вдруг, ухватил за руку, хотя не должен был, просто из-за брезгливости, из-за опасения вшей подхватить. Не должен был, но видно, из деревни или из медбратьев вышел, отчего грязь его не пугает.

— Руки!

Щелкнули на запястьях браслеты. А это уж совсем перебор, видно шибко им висяки закрыть приспичило.

И что дальше?.. Отбиться от этих ребятишек – пара пустых, но… не может бомж знать и уметь использовать приемы рукопашного боя. Тем более не те — не самбо, с дзюдо, а которые им в Учебке преподавали, натаскивая на животных и мертвецах – один удар – один труп. Второй удар уже незачет.