«Солнце садится на востоке»

— Пожар! У нас пожар! Горим! Все! Спасите!!..

Пожарники прибыли довольно оперативно. После чего, позади них и поперек выезда, встала заглохшая газель. С тремя тоннами цемента. Ну а чего ее жалеть, если на один раз. Так у нее еще и колеса спустили.

Пожарные расчеты стали разворачивать рукава. А в подъезде, кто-то истошно заорал:

— Горим, там пламя! Мы все погибнем!..

Громче всего крики раздавались на одном этаже. Где было больше всего дыма.

И, конечно, дверь открылась и в щель сунулась голова.

— Куда, сука, назад! Шкуру спасать? А деньги?

Если знает про деньги, значит свой.

— А ты как?..

— Деньги привез… — швырнуть под ноги сумку из которой выпал несколько пачек пятитысячных купюр.

Ну точно свой! Чужой сумку денег точно бы не привез.

— Сунулся, а тут дым коромыслом! Звякнул. Меня к тебе в помощь кинули! А ты бежать? Падла!

— Так ведь сгорим!

— А если бабки сгорят, то нам…, тебе, один хрен хана! Выноси! Быстро, быстро!

Главное быстро, чтобы у него ненужные мысли в голове шевелиться не начали.

— Сумки есть?

— Есть.

— На еще. Закидывай, подтаскивай, а я вниз ношу. У меня фонарь. Шевели булками! Надумаешь сбежать — пристрелю.

Пошла работа.

А по подъезду, цепляясь за стены, ползут перепуганные жильцы квартир.

Заход. Еще. На пределе сил.

— Давай три сумки. Сколько там осталось?.. Нет, все не спасем, но хоть что-то. Сыпь только крупные купюры и валюту. Только их! Давай, давай.

Еще заход…

Еще…

Дымовуху подбросить. А тут до кучи бравые пожарные по лестницам карабкаются. Что хорошо, что антуража добавляет.

— Граждане, срочно покиньте свои квартиры…

Заход…

Заход…

— Сколько?

— Много.

— Бросай в окно, там внизу белый джип… Не тормози, не тормози, с минуты на минуту полыхнет!

Кидает, торопится. Багажник и салон полнехоньки. Еще на переднее сиденье пару сумок бросить.

Где-то там, на въезде, полицейские, матерясь, толкают «мертвую» газель. Но кто-то уже, наверняка, бежит сюда пешим порядком. Глянуть… Там, на нескольких стенах, он налепил камеры. Смотрим.

Да, верно, бегут. Но не так чтобы быстро, видно не знают, что спасать будут.

Все — ходу!

Прыгнуть в машину и по газам. Там, в конце двора, тупик. Был. Потому что кто-то, накануне, сдвинул бетонный блок перегораживающий дорогу. Но кто бы об этом так быстро узнал? Все, кто теперь надумают выехать со двора, поедут вокруг. А он…

Поворот… Тихо, не нарушая… Теперь прямо, тут не далеко… Въезд на какой-то пустырь, где стоит брошенная автомобильная эстакада, а за ней, впритирку продуктовый фургон с распахнутой задней дверью. Все как в кино и прямо из кино — умеют сценаристы подсказывать сюжетные ходы. С ходу въехать, заскочить внутрь. И уже не торопясь отъехать, закрыть, запечатать фургон…

Поехали.

Груз на месте, можно не спешить. А полицейские — они не обеднеют. Там от силы десятая часть заначки пропала. Так ведь и вся сгореть могла, а он вот спас. Можно сказать, жизнью рискуя. Вернее, точно — рискуя!..

Будет чем сексотам платить. И не только…

***  

И снова карта, значки, переплетение линий, имена, события, факты, сплетни и факты, извлекаемые из сплетен…

— Дайте уточнение по металлургическому комбинату. Что там за разборки?.. По сходке — кто присутствовал, о чем базарили, кого короновали или приговорили. В подробностях. По партии героина — сколько, откуда, куда?..

Потому что слухи прошли, что кто-то организовал новый канал поставки и черт бы с ним, на то есть наркоконтроль, но поговаривают, что товар прибыл военным бортом и что ожидается еще несколько партий. А это уже серьезней, потому что военный аэродром.

И еще…

И еще…

Что и есть работа разведчика, а не стрельба с двух рук и яд в стакане. Копаешься, света белого не видя, как золотоискатель… да нет, скорее, как золотарь, так как в сплошном человеческом дерьме, где воруют, предают, убивают… Сплошной, мутным потоком, негатив…

Идем дальше…

В местном казино кто-то отхватил куш — сто тысяч баксов. Ну что же, бывает, повезло человеку. С чем его и поздравляем.

Поехали дальше.

Очередное убийство — кто жертва, кто убийца, кто предполагаемый заказчик? Забиваем имена в архив, который не на жестком диске и не флешке, а в голове, потому что это лучшее хранилище, которым научили пользоваться еще там, в Учебке, заставляя запоминать огромные тексты и спустя день, месяц или год воспроизводить их. И запоминать лица по абрисам и приметам и узнавать, хоть через десять лет, пусть даже в гриме. И голоса…