«Солнце садится на востоке»

— Ну все, нормально узкоглазый, довел. На сотку.

Хотя уже давал.

И в постельку, но в образе, в образе, правильно одежду разбросав и самому по кровати разбросавшись. Ах да, еще не забыть вывернуть содержимое желудка где-нибудь на видном месте, на ковер. Потому что это штришок, это важно, это убеждает.

Все. Спать!.. Можно бы, конечно, пару девиц сюда призвать… Но нет, негритянка, негритянка… А эти — куклы резиновые…

Отбой…

***  

Пробуждение было ужасным. Вернее, должно было быть. По легенде. Голова — в осколки, тремор рук, отрыжка, сухость, запах… Главное зубы не чистить. Что там еще? Помятое лицо? Глянуть в зеркало. Так оно и помято… Только волосы растрепать и выражение. Тут главное выражение — страдание и брезгливость. От воспоминаний о вчерашнем. И чтобы к горлу подступало, а он держал из последних сил зубы сводя… И на хрена он так набрался?.. Что-то с чем-то мешал… И закусь без меры… А теперь оно все обратно просится…

Да, похоже… Только чуть взгляд расфокусировать. Теперь самое то. Можно кнопочку нажать. Вернее, вдавить и держать до упора.

В дверь постучали.

— Ты кто?.. А, не важно… Рассола мне притащи. Три литра.

— Рас-сол-ла. Извините, я плохо понимать русский. Что это?

— Бульон, блин, из-под огурцов с солью. Мутный такой.

— У нас нет такого бульона.

— Как нет? А на хрена тогда ты?.. Вы все?.. Пошел вон!

Швырнуть вслед полотенцем.

Нащупать телефон.

— Слышь, ты, летун, ты вчера не квасил? А, впрочем, похрену. Заводи свой аэроплан, я обратно лечу.

Ну потому что мочи нет и надо доставить тело в клинику, где его оздоравливать будут. Раз рассола нет.

Снова ткнуть в кнопку.

— Опять ты? Давай, найди мне водилу, чтобы в аэропорт, и чтобы как кувшин, который доверху, без тряски. Номер пусть за мной остается. А эти, которые… дамы… хрен с ними, пусть тут, корми их ложечки, но без обжорства, чтобы фигуры не попортить, а то они без меня оторвутся… Все, помоги одеться… Что, грязный… Это вчера. Давай другой, там в шкафу. А этот… себе забери. Мне Дольче с Габбаной еще пришлют.

Костюмчик, между прочим, ценой как новый автомобиль. Ишь как забегал.

И торопясь, вернее страдая, «забыть» под кроватью ноут, который, конечно найдут, вскроют и вывернут у него все потроха. А там — таблички, циферки, людишки разные, зашифрованные, но так чтобы догадаться можно было. Спецификация изделий, в которые не вникнуть, но которые убеждают, если представить куда их воткнуть можно. Переписка — «ШСК просит срочно изыскать возможность поставки для Самарского завода комплектующих…» «Шеф требует форсировать переговоры с нашими корейскими друзьями о поставках ранее оговоренных изделий не позднее текущего квартала…» «ВВ благодарит Вас за своевременное решение проблемы со снабжением…». И даже телефончик ВВ вбит, куда они, конечно, звонить не будут. Полный, презентационный набор. А то если самому про себя рассказывать, то новые приятели могут засомневаться, подумать, что ты хвастун. А тут все по полочкам и очень убедительно. А то что алкоголик, бабник, выпендрежник и казнокрад, так там все такие, что лишь больше усиливает и аргументирует легенду. Чистенькие они точно не оттуда.

— Ну все — веди меня, Миклухо-Маклай…

И шатаясь и пытаясь вывернуться на плывущие мимо стены, поплестись на трясущихся ногах.

Все, домой, домой, здоровье поправлять, пока не сдох. А там…

***  

А там — в поезд, в плацкарт, на верхнюю полку и обратно, уже в ином обличье, потому что загоняли бюрократы, лучше бы у себя в горах сидел — всю душу вымотали чинуши своими справками…

Вокзал. Замызганный автобус. И одна из купленных квартир, которую он снял у самого себя, хотя и на разные фамилии, по разным паспортам.

Все. Приехали.

И сразу, без паузы, вызов сексотов на личную встречу, потому что новая ниточка образовалась, которую нужно потянуть. Только без всяких там паутин и интернетов, которые, по сути, есть соглядатаи. По старинке, по проводам.

Жигуль на опушке, от него присыпанный землицей провод, камеры по периметру, река, чтобы нельзя было быстро по проводу прийти. А там в кустах еще одна машина.

Смотрим. Идет. Озирается по сторонам. Что неправильно, суета привлекает внимание. Надо будет объяснить… Больше по периметру никого. И даже небо чистое.

Сел в машину. Поднял трубку. Обычную, телефонную, с двумя чашками, в стиле ретро. Но с наполнителем, который, если что, разнесет в клочья и машину и агента, обрывая на нем след. Если он приведет кого-то.