Тень Конторы – 9

– Хорошо. Я попробую…

– Попробуйте.

Это только кажется, что пять тысяч долларов просадить легко. Нет, конечно, можно, и даже запросто, но только не с психологией нищего. Только если поменять психологию…

– Сколько‑сколько? – ахал и округлял глаза посетитель, у которого было карманных пять тысяч баксов. – Они что тут, с ума посходили?!. На рынке то же самое стоит!..

– Мы же договаривались!..

– То есть мне вот это заказывать?

– И это – тоже.

Посетитель заказывал. Сто граммов.

– Почему сто?

– Я больше не съем.

– Ну и что, не съедите – выбросите. В чем проблема?

– Как выбросить?.. Она же стоит!.. Можно, я лучше домой возьму?..

Нет, он определенно что‑то недопонимал!..

– У вас есть сто долларов? – спросил первый посетитель.

– Да, кажется, есть.

– Дайте сюда…

Он взял стодолларовую бумажку, аккуратно промакнул ею губы и, скомкав, бросил в тарелку с остатками курицы.

Его собеседник дернулся выручать мокнущие деньги из соуса.

– Руки!..

– Что руки?

– Уберите руки из тарелки! Если вы будете нагибаться за каждой сотенной бумажкой, вы без спины останетесь! Понимаете?

Он понимал. Но… не понимал!..

– Тогда сделаем так – все те деньги, что вы не сможете сегодня истратить – я сожгу. Ясно?

– Ясно.

– Тогда дайте еще сотку.

– Не дам!

– Почему?

– Я лучше их истрачу!.. Официант! Коньяка, икры и устриц! Все по килограмму…

Сжигать деньги не пришлось. Но пришлось выносить из ресторана одного из посетителей. Пришлось выносить секьюрити.

– Эй ты, мордатый – ты тоже иди сюда! – требовал посетитель. Тот, которого вначале не хотели пускать.

Секьюрити на полусогнутых бежал на голос. Принадлежащий тому, кого он вначале не хотел пускать.

– Теперь взяли!..

Посетителя подхватили под руки и понесли к двери.

– Эй вы, полегче, чай, не дрова несете! – покрикивал посетитель. И громко, на весь зал, командовал хорошо поставленным голосом: – Лево руля! Так держать!

На крыльце он с трудом встал на свои ноги.

– Ну все, классно… погулял… – сообщил он секьюрити, отрыгивая им в лица пятисотдолларовым коньяком. – Поставьте меня здесь!

Секьюрити поставили и отхлынули в стороны. Посетитель устоял. Но секьюрити не отпустил.

– Всем стоять! – гаркнул он. – Строиться! И вытащил из кармана скомканные доллары. Секьюрити споро разобрались по ранжиру и построились в шеренгу. Все они были недавно уволенными из армии офицерами.

– Благодарю за службу! – рявкнул посетитель, пытаясь встать прямо и оттого кренясь и падая.

– Служим!.. – начали было привычно секьюрити. Но осеклись.

А кому служим? В ресторане служим. Хозяину. С приставкой – оглы.

Посетитель приложил к полям шляпы ладонь и стал рассовывать по нагрудным карманам фирменных пиджаков стодолларовые купюры, повторяя одну и ту же странную фразу:

– Лучше тебе, чем в огонь! Лучше – тебе…

Когда его грузили в такси, он пытался стирать пыль с ботинок пятидесятидолларовыми купюрами, всхлипывая и жалуясь всем, что обязательно должен сегодня потратить пять тысяч баксов…

Утром актер обнаружил в кармане двести долларов. Оставшихся от пяти тысяч. И воспринял их по‑другому, воспринял не как сумму, равную двухмесячной зарплате, на которую можно прожить полгода, а как почти полное отсутствие денег. Потому что с ними во вчерашнем ресторане делать нечего!..

Он оказался молодец, которому в массовке делать нечего!

Днем актер затоваривался в бутиках.

Вечером играл в казино.

Ночью отрывался в ночном клубе…

Через день он ходил по‑другому, чем ходил раньше. Через два говорил не так, как привык говорить. Через три мыслил так, как должен мыслить не имеющий материальных проблем человек.

Все‑таки он был хорошим актером, просто ему не хватало знания материала…

– Браво, брависсимо! – сказал восхищенный мастерством перевоплощения продюсер. – Теперь совсем другое дело! Теперь я вам верю!

Перед ним был совсем другой человек – не актер провинциального театра, не Ричард Львиное Сердце и не сыгранная им куча дерьма. Главное – что не куча дерьма!

– Теперь можно считать, что вы готовы… В аэропорт они приехали на взятом напрокат “шестисотом” “Мерседесе”, сиденья занимали в бизнесе‑классе. Где актер уже не чувствовал себя чужаком, где он чувствовал себя вполне уютно. Своим – среди своих.

Когда самолет пошел на взлет, он наклонился к своему попутчику.

– И все‑таки вы меня обманули, – тихо, в самое ухо, сказал он. – Никакой вы не технарь. Я не знаю, где вы учились актерскому мастерству – вижу, что не во МХАТе и не в Щуке, я не понимаю, где, но там, где выучились, учат очень хорошо. У вас исключительная школа!..

И все‑таки он не дурак. Совсем не дурак…

Черт его побери!

 

Глава 15

 

К дому подкатил джип, огромный, как паровоз “ИС”.

Из джипа вылез большой человек. Он по‑хозяйски огляделся вокруг.