Тень Конторы – 9

Делиться было жалко, не делиться – больно.

Управляющий обещал подумать. Вместе с начальником службы безопасности.

– А чего тут думать, соглашаться надо, – посоветовал главный специалист по вопросам безопасности, пряча глаза. – Это ребята известные: их или “мочить”, или с ними дружить – третьего не дано.

– Я – за “мочить”! – категорически высказался банкир.

– Я – тоже. Только кто ж за такое возьмется? Кто брался, тех уже нет.

– Сто, – сказал банкир. – Я готов выложить сто тысяч!

– Триста! – начал торговлю начальник службы безопасности. – За каждую голову.

– А сколько их? Всего?

– Девять человек.

– Да ты что?! Это же почти три миллиона!

– Возможно, за опт они немного сбросят.

– Кто – они?

– Понятия не имею! – развел руками начальник службы безопасности. – Но знаю, что это очень серьезные люди, которые берутся за заказ любой сложности.

– А они не кинут? – заподозрил подвох банкир.

– Исключено. Они берут деньги только за исполненную работу.

– Что – серьезно? – поразился банкир такой в наше время наивности. После – это то же самое, что никогда. – А если им не заплатят?

– Этим – заплатят, – заверил главный банковский охранник.

Три миллиона было много. Но если новой “крыше” отстегивать даже по два запрошенных ими процента, то к концу финансового года может накапать почти столько же. После чего начнется новый отсчет.

Но три “лимона”?!

– А подешевле у тебя никого нет? – с надеждой спросил управляющий.

– Навалом. Но без гарантии результата. Без гарантии это и значит – без результата. И с последствиями. Если “крышу” недострелят или недорежут, то они, осерчав, могут завалиться в банк и затребовать три процента. Или даже четыре. А это!..

– Ладно, передай, что я согласен. За “лимон”.

– За два с половиной, – кивнул начальник службы безопасности.

– Их же всего – девять!

– Нет, целых девять, – поправил шефа главный охранник. – Вы неправильно считаете. Девять “быков”, за каждым из которых числится по три‑четыре отсидки и по нескольку трупов.

Да, это совсем другой счет.

– Добро, – капитулировал банкир. – Две пятьсот.

– И еще сто посреднику.

– А кто посредник?

– Я…

На “наехавшую” на банк “крышу” – кто‑то “наехал”! Причем не словами! Некто остановил собиравших дань “быков” и вежливо посоветовал валить отсюда куда подальше, пока им рога не пообломали! “Быки”, конечно, возбухнули и тут же словили таких плюх, что легли на асфальт фейсами в грязь.

– Какая падла?! – бушевал главарь банды. – Урою гнид!..

Но обидевшие “быков” “падлы” угроз не испугались, “забив стрелку”.

По городу была объявлена всеобщая “бычья” мобилизация. “Быков” вытаскивали с “хаз” и “малин” и даже с нар местной “крыши” под честное бандитское слово и хорошие бабки.

Заказано было девять “бычков” – набралось почти вдвое больше. Толпа вооруженных до зубов, в форменных кожаных куртках молодцов загрузилась в пять джипов и рванула за город, на пустырь, где была назначена “стрелка”.

– Зубами порвем! – хвастались друг перед другом “быки”, клацая золотыми челюстями и затворами автоматов.

Пять джипов выскочили на пустырь, рассыпавшись веером. Из машин, лениво переваливаясь и сплевывая сквозь зубы на носки ботинок, полезли “быки”, ощетинившиеся стволами.

Пустырь был пуст.

Милиция о “стрелке” знала, но на пустырь не сунулась. Милиционерам их жизнь была пока еще дорога.

Никого!..

– Сдрейфили, падлы!.. – не удивились “быки”. А кто бы не сдрейфил? Кто не дрейфил, тех в земле сырой червяки доедают!

– Аида по домам!

Но тут на дальнем конце пустыря показалась машина – даже не джип, даже не “десятка” – какой‑то задрипанный “УАЗ”. “Быки” расхохотались.

“Уазик” подкатил ближе и развернулся задом. Дверцы распахнулись. “Быки” с интересом заглянули внутрь.

В салоне никого не было. Только какой‑то фраер валялся на полу. За ручным пулеметом.

Но фраер в переговоры вступать не стал. Он припал щекой к прикладу и, слова не сказав, нажал на спусковой крючок. Пулемет вздрогнул и застучал, как швейная машинка “Зингер”. Одной длинной, ровной, бесконечной очередью.

Пули точно размеренными “стежками” прошли по толпе “быков”, пришпиливая их к земле. В салоне “УАЗа” звонким градом посыпались выбрасываемые затвором гильзы. “Быки” всплескивали руками, в которых были зажаты бесполезные, так и не снятые с предохранителей автоматы.

Кто‑то попытался открыть ответный огонь, но был тут же сбит бьющими в упор пулями.

Кто‑то в панике крикнул:

– Шухер!

И побежал. Но недалеко.

В спину ему ударила короткая, в три патрона, очередь, которая легко догнала и опрокинула беглеца навзничь.

Еще одна длинная очередь прошла низом, по телам уже поверженных “быков”, нащупывая и шевеля их.

Та‑та‑та‑та!..

Пулемет дожевал ленту и затих. Наступила оглушительная и в самом прямом смысле слова мертвая тишина! Прошло буквально несколько секунд – никто даже ничего не успел понять, а полтора десятка трупов корчилось в агонии на земле. Еще пять бандитов громко стонали, зажимая руками раны и пытаясь отползти в сторону.