Тень Конторы – 9

Все догадывались, о чем, потому что хорошо знали о процветавших в армии взаимовыгодных обменах тушенки и оружия на видюшники и наркотики. Но это был не тот случай…

– Они договорились всем подразделением перейти на сторону врага, чтобы сбежать в Америку или другую капстрану.

Это было – да, это круче, чем наркотики!

– Лично я считаю, что это предательство! А вы как считаете?

Все считали так же.

– Тогда, думаю, вы согласитесь помочь нам…

Помочь майору надо было в ликвидации предателей. С которыми удобней разобраться именно так, потому что они успели, вступив в контакт с агентами иностранных спецслужб, подписать какие‑то бумаги. По крайней мере, так сказал майор. Посулив за аккорд ранний дембель и боевые награды.

Дембеля согласились. Тут же, под диктовку майора, дав подписку о неразглашении…

После чего их перевели в другую часть. Где неделю воспитывали в духе патриотизма и нетерпимости к предателям Родины.

Потом сняли с них привычную хэбэшку и переодели в афганские ремки.

– Так будет безопасней. В первую очередь для вас, – объяснил майор.

Они спорить не стали. Они были довольны тем, что их вырвали из привычной рутины казармы и что отправят на дембель раньше других.

Однажды ночью их подвезли к какому‑то палаточному лагерю и показали, что и как делать. Но им не надо было ничего объяснять – они и так умели это делать. Они забросали лагерь гранатами и изрешетили палатки очередями из автоматов и ручных пулеметов. Потом зашли в палатки…

Там были не душманы – были свои ребята. Душманами были – они. Потому что в их одежде.

Они прикончили всех, кто еще подавал признаки жизни, и ушли.

Майор сдержал слово – их почти сразу же отправили в Союз. Но до того заставили дать еще дюжину подписок, где они под страхом смерти обязались не рассказывать о том, что знают.

Они так и не поняли, что и для чего сделали.

Но после не раз слышали от других “афганцев” про это нападение. Про то, что там легло до взвода бойцов, за что “вертушки” сровняли с землей три кишлака, а в район перебросили чуть ли не три свеженькие дивизии из Союза…

Но это было после них.

А он… Он вернулся на “гражданку”, где решил устраиваться на завод. Но не успел, потому что его жизнь круто переменилась…

 

Глава 47

 

В кабинет управляющего банком “Развитие” вошел человек. Как к себе домой. Вместо “здрасьте” предъявив корочки. Красные. Со своей фотографией. С гербовой печатью. И очень страшной аббревиатурой, состоящей из трех букв: ЭФ, ЭС и БЭ.

– Следователь Гришин, – представился непрошеный визитер. – Хороший у вас кабинет… Кабинет был действительно неплох!..

– А у нас интерьеры ни к черту – сплошная серость, глазу зацепиться не за что. Камеры маленькие, вот примерно как ваш стол, и в каждой по десять человек. Все друг на друге сидят. А случается, и лежат!

Банкир заерзал на своем кресле.

– В чем, собственно, дело? – попытался повысить голос он.

– Какое дело? – удивился следователь, – Никакого дела нет. Пока. Есть сигнал с мест…

И раскрыл скромную, из кожзаменителя, папочку.

– Во‑от… – многозначительно протянул он, перебирая какие‑то бумажки. – Двадцать трупов…

У банкира под рубашкой густо поползли холодные мурашки.

– Это даже больше, чем отделение. Хотя, конечно, меньше, чем взвод, – подсчитал следователь.

– А при чем здесь я?! – сорвался на крик банкир.

– Вы‑то?.. – переспросил следователь. – А это мы сейчас узнаем. Вот…

И показал один из листов.

– Один из схваченных нами преступников почему‑то утверждает, что организатором этого преступления были вы.

– Я?.. – не очень убедительно удивился банкир.

– А разве нет? – тоже удивился следователь. – На вас наехали, вы тех, которые наехали, – заказали, их вызвали на “стрелку” и зажмурили… Дело обычное, житейское…

Банкира чуть отпустило.

– Вот только количество трупов… Не много – двадцать?

Банкир не знал, что ответить.

– Боюсь, такую мясорубку замолчать не удастся, – посочувствовал ему следователь. – Ладно бы три, ну пять, но не двадцать же! Тут никакие деньги не помогут! Ума не приложу, где вы такого отчаянного головореза смогли откопать? – удивился вслух следователь.

И вдруг, изменившись в лице, заорал благим матом, придвинувшись к самому лицу банкира и брызгая ему в глаза слюной:

– Где ты его нанял?! Когда?! Ну, быстро, говори!..

Управляющий часто‑часто заморгал глазами.

– Это же по верхнему пределу – “вышка”! Зона – на всю жизнь! С маньяками и людоедами в одной камере! Если идти паровозом, за всех… Или это не ты, или тебя надоумили?

Надоумили?!

– Да, – судорожно кивнул банкир.

– Кто, кто это организовал? Кто тебя на них вывел?