Тень Конторы – 9

Правда, с однополчанами у него не сложилось. Они нового “добровольца” не любили. За чрезмерную, даже по их военным меркам, жестокость. За то, что он не брал пленных, даже если это были почти дети. Но это была не жестокость – это была жадность. И расчетливость! Потому что за “почти ребенка” с автоматом платили столько же, сколько за взрослого бойца, а справиться с ним было легче. Он воевал за деньги!

Однажды после боя он прошел по домам захваченной деревни, собрав с десяток юношей, которых согнал на окраину, туда, где грудой было свалено трофейное оружие. И приказал им взять автоматы. А когда они выполнили приказ, хладнокровно расстрелял. Потому что, взяв автоматы, они стали противником.

Его судили. И должны были расстрелять перед строем. Но не расстреляли, так как из штаба приехали какие‑то люди, которые увезли его и, для порядка продержав неделю в карцере, предложили работу. Грязную…

На войне всякому человеку находится дело… по душе.

Ему предложили прежнюю оплату – за головы. Но теперь за головы женщин, младенцев и стариков. Потому что политическая ситуация требовала резни. Он – согласился. Один из немногих. Другие бойцы марать мундиры кровью гражданских не желали.

Новая служба была безопасней той, прежней. В атаки ходить уже не нужно. Они пробирались в деревни и убивали мирных жителей, резали их скотину и сжигали их дома. Чтобы “накалить политическую обстановку”, “убедить международное сообщество” или “подтвердить адекватность ответов”… Противник делал то же самое. Потому что несколько или несколько десятков жизней за достижение пусть временного, но политического перевеса – не цена!

Они вырезали чужие деревни, но случалось, что и свои. Если нужны были примеры зверств противной стороны, а их на данный момент не было, тогда они переодевались в чужую форму и действовали от имени противника, оставляя на месте преступления их следы. По большому счету ему все равно было, кого убивать – своих или чужих, лишь бы побольше убивать и лишь бы за это платили.

Когда война стала затихать, он вернулся в Россию.

Где деньги быстро кончились. И война, как назло, тоже…

Но он уже знал, чем будет зарабатывать на Родине. Тем, что умеет делать. Причем хорошо.

Заказ нашелся быстро. Потому что всегда отыщутся люди, которым кто‑то мешает жить. Причем настолько, что они готовы раскошелиться, чтобы его не стало.

Он назвал цену. Ему сказали имя.

Он подкараулил жертву в подъезде и всадил в нее пять пуль. Очень спокойно, как на расстреле. Но ему не повезло. Выстрелы услышала и даже мельком увидела его бдительная соседка, тут же позвонившая в милицию. Рядом с домом в это время проезжала патрульная машина, которая заметила выходящего из подъезда мужчину. И решила его на всякий случай проверить.

Документы были в порядке, но руки пахли гарью, на подошве ботинка – кровь. А в подъезде, из которого он только что вышел, – труп.

Его задержали и доставили в отделение.

Соседка опознала убийцу, а смыв с рук показал, что это не дым от сигарет и не гарь от костра, а пороховой нагар. Подозреваемого поместили в КПЗ.

В камере к нему на нары подсел какой‑то мужчина.

– За что сидишь? – поинтересовался он.

– За мешок картошки, – ответил новоиспеченный зэк. Потому что все так говорят.

– И скольких человек ты этим мешком прибил? – усмехнулся мужчина.

Это был “Сотый”. Вернее, тогда еще не “Сотый” – тогда такой же, как он, рядовой зэк.

– Дурак, – посочувствовал ему мужчина, узнав правду. – Причем дважды дурак.

– Это почему это?! – возмутился он.

– Во‑первых – потому что только дураки убивают своими руками! Во‑вторых – что, имея деньги, находишься здесь, а не на воле!.. Дай на лапу следователю и свидетелям.

– А если они не возьмут?

Мужчина только усмехнулся:

– А если они не возьмут, то скажи им, что ты дашь их деньги тем, кто избавит тебя от свидетелей и следователя.

Следователь не отказался, следователь – взял.

А свидетельницу кто‑то сильно избил, когда она возвращалась из магазина домой, и она отказалась от своих показаний.

То есть все случилось именно так, как предсказывал его новый приятель.

– А что же ты сам? – спросил он. – Почему, если все так хорошо знаешь, сидишь в кутузке, а не гуляешь на воле? Или тоже дурак?

– Нет, я – умный, – загадочно ответил его советчик. – Когда выйдешь – найди меня. Если захочешь.

И продиктовал номер мобильного телефона.

Через месяц он набрал продиктованный ему телефон. Но ему ответил не его приятель. Ответил какой‑то совершенно посторонний человек, который сказал, что таких здесь нет, никогда не было и поэтому сюда лучше не звонить.