Тень Конторы – 9

А ведь точно! Тогда убирать стрелков будет уже не он, а командиры. А он будет разбираться с командирами, если они упустят стрелков. Как все просто!

Так образовалась схема, которая в дальнейшем, разрастаясь по вертикали и горизонтали, обрастая командирами пятерок, а потом “десятыми”, “сотыми” и “тысячными”, стала организацией.

Только его приятелю в той структуре место не нашлось! Он в ней стал всего лишь “сотым”! Потому что двух медведей для одной берлоги – много. Кто‑то должен уступить.

Уступил – “Сотый”.

А если бы не уступил, то сгинул, как до него многие другие, которые пытались тянуть одеяло на себя. Его одеяло!

Верно “Сотый” ему в свое время напророчил – далеко пойдешь!.. И не ошибся!

Так он стал “Первым”! Впервые за всю свою жизнь! И, как он надеялся, на всю жизнь. Потому что терять свое место в созданной им империи не собирался! Тем более из‑за какого‑то неизвестно откуда взявшегося “прораба”!

А вот хрен ему!

Вернее, крышка! Теперь – точно крышка, потому что теперь он его из своих лап живым не выпустит. Ни за что!

 

Глава 64

 

Сознание возвращалось болью. В голове. В боку. Во всем теле. Но если его тело болит, значит, он еще жив! Что не может не радовать!

Резидент лежал на чем‑то твердом и холодном. Лежал – совершенно голый! Почему голый‑то?..

А… Понятно! Ребята подстраховались, ребята содрали с него и выбросили его одежду и обувь. Потому что перебирать его костюм, проверяя на ощупь каждый шов, им было некогда, а если не проверять, то есть опасность, что он протащит с собой какое‑нибудь оружие, микрофон или капсулу с ядом. Хотя капсула с ядом – это уже явный романтический перебор, навеянный кино.

Но они оказались правы – с костюмом пропали вшитые в пояс, на всякий пожарный случай, отмычки, с помощью которых можно было бы открыть наручники. Можно было бы… а теперь – нет!

Круто они с ним обошлись: раздели, разули, руки сцепили наручниками, рот залепили от уха до уха широким пластырем, на голову надели какой‑то черный, непроницаемый, из плотной ткани мешок, ноги перехватили, кажется, ремнями или чем‑то в этом роде… На этот раз его упаковали как следует. Так, что не шелохнешься.

Интересно знать, кто?..

Впрочем, кто, как раз понятно, – они! Больше некому!

Выходит, он их проглядел. Во второй раз!

Как же так?

Впрочем, это уже не важно. Важно, что он у них в руках. И надо собраться, приготовиться к неизбежному.

Интересно знать, куда они его притащили?

Резидент прислушался. И ничего не услышал – ни шума улицы, ни голосов, ни даже близкого дыхания. Он был один и был непонятно где. Что было не очень хорошо и очень тревожно. Ей‑богу, лучше бы они его били.

Он лежал так, повязанный по рукам и ногам, довольно долго. Но вот что‑то отдаленно громыхнуло, послышались шаги. Хлопнула дверца. Заработал мотор. Опора под ним мелко завибрировала.

Значит, он в машине, машина, по всей видимости, стоит в гараже, а гараж – неизвестно где. Как в сказке про Кощееву смерть, которая – в игле, игла – в яйце, яйцо – в сундуке, сундук – на дубе… А он, один черт, не уберегся!..

Машина тронулась с места.

Поехали…

Ехали долго, два с небольшим часа. Как только они поехали, Резидент начал отсчет времени и поворотов. Сорок секунд – налево, еще пятьдесят – направо, три минуты пятьдесят – снова направо… Дорогу он запоминал чисто механически, вряд ли ему это пригодится.

Полчаса.

Час.

Два часа двадцать минут… Снова частые повороты через каждые пятьдесят‑шестьдесят секунд. Скорее всего они петляют по какому‑нибудь загородному поселку.

Остановка…

И тут же поехали… Значит, это были ворота.

Легкий наклон вперед – въезд в подземный гараж.

Двигатель заглох. Похоже, приехали…

Резидента грубо подхватили, вытянули из машины, вскинули вверх и куда‑то потащили. Но не наверх, потому что ступенек не было, а куда‑то вбок. Скорее всего в примыкающий к гаражу подвал.

Страхуются ребята…

Хлопнула дверь, еще одна. Резким рывком его поставили на ноги и, развязав под подбородком веревку, стянули с головы мешок.

Да, подвал. Да еще какой подвал – бетонный бункер с массивными металлическими дверями! Стол, несколько стульев. Для них. Для пленника – ничего, пленник и постоять может – не барин.

Вокруг пять человек. С открытыми лицами, без масок и грима. Значит, без вариантов, значит, отсюда ему дороги нет. Иначе бы они своими физиономиями не отсвечивали.

Он быстро взглянул на каждого – молодые, крепкие, как на подбор ребята, с лицами, не отягощенными мыслью. Сразу видно – мелочь, рядовые “быки”. И только один чуть постарше. Похоже, это пятерка.